Что опаснее для общества: нападение или оборона? - 30.11.2017

Что опаснее для общества: нападение или оборона? - 30.11.2017

Новый поворот в одном из самых громких процессов последних лет – по так называемому «делу о перестрелке на Рочдельской» – вновь активизировал в СМИ и обществе споры о самой по себе «необходимой обороне» и отдельно о ее «превышении».

Предложенный в мае парламентарием Антоном Беляковым законопроект предлагает закрепить в ст 37 УК РФ безусловный принцип «мой дом – моя крепость». В августе депутат Алексей Журавлев подготовил поправки, которые разрешают россиянам применять любые виды оружия и даже убивать обидчиков при посягательстве на частную собственность. Такие нормы сделают неподсудным любого хозяина дома или участка.

Необходимость расширения прав граждан на оборону жилища вызвана судебной практикой – человек, защитившийся от преступника, становится часто сам обвиняемым. Причем обычно не по статье 108 УК (убийство при превышении необходимой обороны) , а по более тяжелой статье 105 (умышленное убийство). В итоге жертвы преступных посягательств получают 7, 8 и даже больше лет за решеткой…

Стоит вспомнить историю сахалинского 70-летнего пенсионера Александра Тарасова, который попал в тюрьму за убийство пьяного ночного грабителя. Суд приговорил Тарасова к 4,5 годам колонии. Лишь после шумихи в СМИ вторая инстанция отменила приговор и оправдала мужчину. В Тульской области Гегам Саркисян, убивший при обороне троих вломившихся в его дом, признан невиновным в «превышении» только после вмешательства члена ОО РФ Анатолия Кучерены.

А вот оправдание Виктора Гончара, осужденного на 7 лет за защиту своей 13-летней дочери в квартире от четырежды судимого наркомана, запоздало на год. Но за него вступился не только весь Новосибирск, но и Верховный суд. Осложняло ситуацию то, что отец отбивался как в доме, так и на лестнице. В парке Петербурга тренер каратэ Руслан Мерзляков на пробежке с 6-летнем сыном сделал замечание владельцу пса бойцовской породы за отсутствие намордника. Хозяин скомандовал собаке «фас» и вытащил боевой пистолет ТТ. Что было делать отцу?.. А сибирячку Татьяну Андрееву осудили на 8,5 вполне реальных лет колонии за самоспасение от насильника.

Если несколько лет назад дискуссия о «превышеннии» начиналась с проблемы отсутствия инструмента для самообороны, то есть пистолета, cейчас на первый план вышла проблема судебной практики: гражданин, защитившийся от преступника, сам становится обвиняемым. 26 апреля генпрокурор Юрий Чайка в своем выступлении в Совете Федерации заявил, что за два с половиной года следственные органы незаконно возбудили 6,7 тыс. уголовных дел с ходатайствами об аресте фигурантов.

По данным Судебного департамента при Верховном суде России, в прошлом году за превышение пределов самообороны было осуждено 854 человека. Из них 286 человек за убийство при превышении необходимой самообороны. Сели же в тюрьму за то, что перестарались, защищая себя, 135 человек. Из них 52 осужденных убили нападавших. Остальные причинили какой-то вред здоровью агрессоров. Иными словами, каждый шестой обвиненный в превышении пределов самообороны оказывается за решеткой.

Закон защищает россиян на частной территории. А в общественном месте, на улице, в любой точке страны? Мы не должны сопротивляться преступнику?

Как развернуть правоприменение статьи 37 УК РФ к законопослушным гражданам, вынужденным спасать свои жизнь или защищать близких?

 

Мнения экспертов

 

Рубен Маркарьян
Главный редактор ЭСМИ «ЗАКОНИЯ», заместитель Президента Гильдии российских адвокатов, член Общественного совета при Министерстве юстиции РФ, член рабочей группы президиума Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции и взаимодействию со структурами гражданского общества, кандидат юридических наук

Российские судьи не научились читать закон о пределах необходимой обороны

Если меня спросят, готов ли я сесть на 15 лет, превысив пределы необходимой обороны при защите своей жизни, я скажу: лучше  сесть в комфортные условия с трехразовым питанием, чем лежать где-нибудь под осинкой.

На самом деле действующий закон уже изложен довольно толково. Просто его зачастую читают неправильно. Если брать пример с необходимой обороной, и в институтах учат этому, и со следователями я неоднократно разговаривал, там постановка такая: если нападавшему причиняется вред голыми руками или подручными средствами, то никогда никто 105-ю статью, эту «мокрую», по убийству не возбуждает. Всегда это 111-я, часть 4-я – нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть.

Условно говоря, если один с пистолетом нападает, стреляет, тем более в голову,  то это однозначно противоправное посягательство, и от него есть способ законный обороняться чем угодно. Даже если в этой ситуации того, кто с пистолетом,  забивают руками или запинывают ногами, то все равно никто никогда 105-ю не возбуждает, за исключением одного случая в Шадринске, где люди защищались от стрелявшего и ранившего их охранника, а в итоге оказались за решеткой.

За рубежом в судьи никогда не назначат юриста с однобокой практикой. То есть как в Германии, допустим: прежде чем стать судьей, он должен поработать пять лет в госструктурах, пять лет минимум в органах следствия, и пять лет адвокатом. Чтобы юрист ощутил, так сказать, нюансы, каждой из сторон – и государственной службы, и защиты, и обвинения.

У нас в основном судейский корпус сформирован либо из бывших сотрудников правоохранительных органов (прокуратуры или следствия), либо из бывших секретарей или помощников судьи. Они не имеют иной практики, кроме «штабной» работы – подшивать дела и слушать, что предыдущий судья наговорил. А тот в свою очередь тоже из бывших помощников судей… Если этот подход поменять, опираясь на оправдавший себя зарубежный опыт, и назначать судьями только тех, кто прошел все ступени из сферы жизни и юриспруденции, тогда не надо будет задавать вопрос: а как их научить читать закон? Они просто будут знать.

 

 

Игорь Мацкевич
профессор Московского государственного юридического университета им. О. Е. Кутафина
 

В делах о превышении пределов обороны социальная справедливость торжествует редко

В условиях нападения, когда вашим жизни и здоровью угрожает серьезная опасность, о возможной ответственности за превышение пределов необходимой обороны, закрепленной в Уголовном кодексе, откровенно говоря, особо рассуждать не приходится. Я это говорю как человек, который побывал в таких условиях. Что касается вопроса о том, как себя вести в этой ситуации, то надо, мне кажется, нашим гражданам помочь хотя бы   небольшим правовым   просвещением.

Я начну с того, что огромное количество людей – конечно, это не миллионы, но и не один, и не два, это как минимум десятки людей – отбывают  наказание, самое реальное, в местах лишения свободы за превышение пределов необходимой обороны (это статьи 108, 114 в УК РФ), как раз потому, что соразмерить адекватность отпора и степени угрозы во время нападения очень тяжело. И довольно часто человек, который первоначально в условиях этого нападения является жертвой, в какой-то период становится агрессором, что называется, в силу разных причин, в том числе иногда и мести, начинает переходить в наступление. Чем это заканчивается: нередко человек становится сначала потерпевшим, а потом обвиняется в умышленном убийстве.

На самом деле грань тут весьма тонкая, и совет мой, конечно, довольно  романтический, но тем не менее. На самом деле конфликт спонтанно возникает редко, разве что на улице, или бывают еще какие-то такие моменты ситуативные. А чаще всего конфликты зреют, причем в течение достаточно долгого времени. Поэтому старайтесь принимать все возможные меры – а их много на самом деле, очень много – для того, чтобы эти конфликты разрешать мирным путем, не доводили до крайней агрессии.

Насколько оправдана необходимость сегодня совершенствовать Уголовный кодекс или подход суда, вводить доктрину «Мой дом – моя крепость»?  

Вы знаете, еще со времен студенчества в юрвузе, я помню, что эта проблема уже была актуальной. И всегда необходимо было ее решать, по-разному  пытались это сделать, и всегда эти решения ни к чему не приводили. Такая, знаете, бесконечная песня об этом, о том, что делать в случае, если на тебя напали, и где эти самые пределы необходимой обороны.

Да, к сожалению, практика очень разношерстная и неоднозначная, и действительно люди – я не склонен сказать, что они прямо ни за что сидят, – но с бытовой точки зрения, социальная справедливость при таких делах редко торжествует.

Но, понимаете, как быть в ситуации, когда человека уже нет? Да, он вел себя неадекватно, он напал, но это еще не значит, что его надо убивать. Если его действия реально угрожают жизни, это одно. А чаще всего, как потом выясняется, к сожалению, что жизни человека, который защищался,  реально не угрожало ничего. А нападавшего нет уже, а у того и мать, и отец, и дети… Это очень сложная тема… часто люди доводят ситуацию, о чем я уже начала и говорил, до крайности, попадают в эту крайность, а потом думают, как из этой крайности выбраться.

Приведу пример, и тоже, кстати, из судебной практики. «Гопник» угрожал женщине, она была беременная. Ну, как угрожал – словами на улице. Ее муж, спортсмен, крепкий парень, подошел к этому гопнику, вмочил ему, и убил. Понятно, что он действовал в состоянии определенной эмоциональной возбужденности и прочее… Здесь очень тонкая законодательная грань, ее очень важно не переступить.

Мы можем, конечно, как в Техасе делают: зашел кто-то на территорию – и хозяин давай стрелять без разговоров. Представляете, что это будет? Например, у нас говорят, что надо навести порядок в законе об оружии. Так надо бы сначала навести порядок с оружием: оно у нас неизвестно у кого  и неизвестно сколько.

 

 

Дмитрий Галочкин
заместитель председателя комиссии Общественной палаты РФ по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами, председатель Общероссийского профсоюза негосударственной сферы безопасности (НСБ), заместитель председателя Координационного совета НСБ России

Дом станет крепостью, если простые алгоритмы защиты будет знать каждый

Безопасность – это комплексная задача: и государства, и каждого человека, отдельно взятого.  Чтобы отражение нападения не развернулось в итоге не в пользу защищающегося,  нельзя путать необходимую оборону с другими действиями.

Я считаю, есть хорошая инициатива, в том числе поддержанная Общественной палатой России. Это доктрина «Мой дом – моя крепость». Необходимо сформулировать понятие жилища и сформулировать в том числе понятие необходимой обороны в рамках обеспечения безопасности жилища, когда, например, происходят насильственные противоправные действия с незаконным проникновением против хозяев этого жилища. Жилищем может быть и снятая в аренду квартира, и номер гостиничный, и тот же гараж…

Пока этого не будет, сохранится очень непростая и чаще негативная судебная практика в отношении людей, которые защищали свой дом. Они становятся  фигурантами уголовных дел, и некоторые оказываются в местах ограничения свободы. Я считаю, что в случае, когда происходит незаконное проникновение в жилище с использованием насилия, человек может и должен защищаться любыми силами и средствами. Вот это я называю «мой дом – моя крепость». И здесь необходимо вносить поправки, в том числе законодательные, и формировать определенную правоприменительную практику.

Почему эта инициатива доктрины возникла? В свое время к калужскому  фермеру пришли несколько вооруженных злоумышленников, связали членов семьи, издевались, пытали. Фермер как-то чудом выхватил нож и двоих убил, третий убежал, тоже порезанный. Соответственно, правоохранительные органы возбудили уголовное дело против него, но не возбудили уголовное дело по факту грабежа и разбоя.

Я считаю, что он действовал в рамках необходимой обороны, и позже была правовая оценка дана, что он так и действовал. Только с помощью общественного мнения, которое, кстати, было поддержано Общественной палатой России, конкретных мер, суд  пересмотрел дело и фермер был признан потерпевшим. Хотя первое, что было возбуждено – это убийство, 105-я статья. Если бы он оказался в местах ограничения свободы, то это стало бы сигналом для людей: а как же мы можем защищать свою семью, жизнь, здоровье, честь, в конце концов?

Но есть и обратная сторона пределов защиты своего жилища. Приглашаем в гости своих оппонентов, недругов, предлагаем выпить несколько рюмок за дружбу, а потом заранее подготовленный предмет (скажем, деревянная палка с железным наконечником), со спины его бьет по голове. А хозяйка потом говорит, что защищала свою жизнь и здоровье, действовала в рамках защиты жилища. Вот от таких людей надо защищать общество.

Что зависит от каждого? Знать, что такое личная безопасность, понимать, что такое безопасность семьи, принимать меры – например, охранная сигнализация в доме. Если встречаете членов семьи вечером после работы, - сначала созвон и другие очень незатейливые, но такие важные алгоритмы для обеспечения своей безопасности, это очень важно.
 

 

 

30.11.2017

 в избранное

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Комментарии


  • Цитата:

    Сообщение от аdmin



    Я смотрю, по ссылке много интересных комментариев присутствует. Вот например один из них:



    Выходит при оголтелом "совке" проще было доказать невиновность обороняющегося чем в наше "свободное" время.
    Хотя в те времена законодательство еще то было.
    А сейчас совершенствуем, совершенствуем... А на практике...
    Написал Сулейманов Сергей (Товарищ Сааков) 26.12.2017 17:04
  • Не только этот закон но и множество других.
    Написал Makenna 08.12.2017 23:27
  • Вот хочу рассказать о своем многолетнем хождении по мукам, доказывая очевидное. В 2012 году мой сын Соколов Виталий Викторович и его товарищ приговором Курганского областного суда осуждены по статье 105-й, часть 2-я, к 15 годам лишения свободы. Это убийство. Вопросы к следствию по этому делу остались у меня, у матери пострадавшего, у жителей нашего города. Почти у 2000 человек за два дня поставили свои подписи под обращением к президенту.
    Этот случай звучал и в СМИ:, перестрелка в Шадринске, когда мой
    сын оборонялся от стрелявшего охранника в ночном клубе.

    Двое товарищей моего сына, у него была в руках бутылка пива, внизу столкнулись с охранником, слово за слово, они поссорились, а потом начали драться. К ним спустился Алиев, другой охранник и выстрелил из пистолета в глаз товарищу моего сына, глаз вытек у него.

    Мой сын выбежал на шум и крикнул: «Ты что творишь, что делаешь?» Тот направляет на него пистолет и стреляет, и сын просто успевает защитить голову рукой, пуля попадает в плечо, достигает кости. Он прооперирован.

    Сын и его товарищ ранены, а драка продолжалась уже без них, но вот дает показания незаинтересованный совершенно человек, что «в то время, когда мы ему оказывали помощь, продолжали избивать». Охранник умер, а мой сын стал обвиняемым. Получил 15 лет!
    Но все-таки Верховный суд, значит, изменил приговор Курганского областного суда, в своем определении признали, что нападение это было со стороны охранника, он первый начал, напал на моего сына с применением огнестрельного оружия. И наказание сыну они снизили всего на один год. Вот тебе и оборона.
    Написал Фаина_ 07.12.2017 18:45
  • Безопасность – это комплексная задача: и государства, и каждого человека, отдельно взятого.  Чтобы отражение нападения не развернулось в итоге не в пользу защищающегося,  нельзя путать необходимую оборону с другими действиями.

    Я считаю, есть хорошая инициатива, в том числе поддержанная Общественной палатой России. Это доктрина «Мой дом – моя крепость». Необходимо сформулировать понятие жилища и сформулировать в том числе понятие необходимой обороны в рамках обеспечения безопасности жилища, когда, например, происходят насильственные противоправные действия с незаконным проникновением против хозяев этого жилища. Жилищем может быть и снятая в аренду квартира, и номер гостиничный, и тот же гараж…

    Пока этого не будет, сохранится очень непростая и чаще негативная судебная практика в отношении людей, которые защищали свой дом. Они становятся  фигурантами уголовных дел, и некоторые оказываются в местах ограничения свободы. Я считаю, что в случае, когда происходит незаконное проникновение в жилище с использованием насилия, человек может и должен защищаться любыми силами и средствами. Вот это я называю «мой дом – моя крепость». И здесь необходимо вносить поправки, в том числе законодательные, и формировать определенную правоприменительную практику.

    Почему эта инициатива доктрины возникла? В свое время к калужскому  фермеру пришли несколько вооруженных злоумышленников, связали членов семьи, издевались, пытали. Фермер как-то чудом выхватил нож и двоих убил, третий убежал, тоже порезанный. Соответственно, правоохранительные органы возбудили уголовное дело против него, но не возбудили уголовное дело по факту грабежа и разбоя.

    Я считаю, что он действовал в рамках необходимой обороны, и позже была правовая оценка дана, что он так и действовал. Только с помощью общественного мнения, которое, кстати, было поддержано Общественной палатой России, конкретных мер, суд  пересмотрел дело и фермер был признан потерпевшим. Хотя первое, что было возбуждено – это убийство, 105-я статья. Если бы он оказался в местах ограничения свободы, то это стало бы сигналом для людей: а как же мы можем защищать свою семью, жизнь, здоровье, честь, в конце концов?

    Но есть и обратная сторона пределов защиты своего жилища. Приглашаем в гости своих оппонентов, недругов, предлагаем выпить несколько рюмок за дружбу, а потом заранее подготовленный предмет (скажем, деревянная палка с железным наконечником), со спины его бьет по голове. А хозяйка потом говорит, что защищала свою жизнь и здоровье, действовала в рамках защиты жилища. Вот от таких людей надо защищать общество.

    Что зависит от каждого? Знать, что такое личная безопасность, понимать, что такое безопасность семьи, принимать меры – например, охранная сигнализация в доме. Если встречаете членов семьи вечером после работы, - сначала созвон и другие очень незатейливые, но такие важные алгоритмы для обеспечения своей безопасности, это очень важно.
     

     

     

     

     

     


    Дальше...
    Написал Галочкин Дмитрий (Дмитрий Галочкин) 07.12.2017 16:18
  • В условиях нападения, когда вашим жизни и здоровью угрожает серьезная опасность, о возможной ответственности за превышение пределов необходимой обороны, закрепленной в Уголовном кодексе, откровенно говоря, особо рассуждать не приходится. Я это говорю как человек, который побывал в таких условиях. Что касается вопроса о том, как себя вести в этой ситуации, то надо, мне кажется, нашим гражданам помочь хотя бы   небольшим правовым   просвещением.

    Я начну с того, что огромное количество людей – конечно, это не миллионы, но и не один, и не два, это как минимум десятки людей – отбывают  наказание, самое реальное, в местах лишения свободы за превышение пределов необходимой обороны (это статьи 108, 114 в УК РФ), как раз потому, что соразмерить адекватность отпора и степени угрозы во время нападения очень тяжело. И довольно часто человек, который первоначально в условиях этого нападения является жертвой, в какой-то период становится агрессором, что называется, в силу разных причин, в том числе иногда и мести, начинает переходить в наступление. Чем это заканчивается: нередко человек становится сначала потерпевшим, а потом обвиняется в умышленном убийстве.

    На самом деле грань тут весьма тонкая, и совет мой, конечно, довольно  романтический, но тем не менее. На самом деле конфликт спонтанно возникает редко, разве что на улице, или бывают еще какие-то такие моменты ситуативные. А чаще всего конфликты зреют, причем в течение достаточно долгого времени. Поэтому старайтесь принимать все возможные меры – а их много на самом деле, очень много – для того, чтобы эти конфликты разрешать мирным путем, не доводили до крайней агрессии.

    Насколько оправдана необходимость сегодня совершенствовать Уголовный кодекс или подход суда, вводить доктрину «Мой дом – моя крепость»?  

    Вы знаете, еще со времен студенчества в юрвузе, я помню, что эта проблема уже была актуальной. И всегда необходимо было ее решать, по-разному  пытались это сделать, и всегда эти решения ни к чему не приводили. Такая, знаете, бесконечная песня об этом, о том, что делать в случае, если на тебя напали, и где эти самые пределы необходимой обороны.

    Да, к сожалению, практика очень разношерстная и неоднозначная, и действительно люди – я не склонен сказать, что они прямо ни за что сидят, – но с бытовой точки зрения, социальная справедливость при таких делах редко торжествует.

    Но, понимаете, как быть в ситуации, когда человека уже нет? Да, он вел себя неадекватно, он напал, но это еще не значит, что его надо убивать. Если его действия реально угрожают жизни, это одно. А чаще всего, как потом выясняется, к сожалению, что жизни человека, который защищался,  реально не угрожало ничего. А нападавшего нет уже, а у того и мать, и отец, и дети… Это очень сложная тема… часто люди доводят ситуацию, о чем я уже начала и говорил, до крайности, попадают в эту крайность, а потом думают, как из этой крайности выбраться.

    Приведу пример, и тоже, кстати, из судебной практики. «Гопник» угрожал женщине, она была беременная. Ну, как угрожал – словами на улице. Ее муж, спортсмен, крепкий парень, подошел к этому гопнику, вмочил ему, и убил. Понятно, что он действовал в состоянии определенной эмоциональной возбужденности и прочее… Здесь очень тонкая законодательная грань, ее очень важно не переступить.

    Мы можем, конечно, как в Техасе делают: зашел кто-то на территорию – и хозяин давай стрелять без разговоров. Представляете, что это будет? Например, у нас говорят, что надо навести порядок в законе об оружии. Так надо бы сначала навести порядок с оружием: оно у нас неизвестно у кого  и неизвестно сколько.

     


    Дальше...
    Написал Мацкевич Игорь (Мацкевич Игорь Михайлович) 07.12.2017 15:49
  • легко сказать "пределы необходимой обороны" - тот, кто эту фразу писал, наверно имеет чёрный пояс по Карате До.

    Нападавший всегда имеет цель(умысел) причинить вред: долго или кОротко, но он свои действия обдумал, может приискал оружие, выбрал удачный для себя (неожиданный для потерпевшего) момент.

    А потерпевший нападения не ожидает, не готов к нему не морально, никак. Объясните, как можно контролировать внезапный испуг или ужас, когда всё это происходит в считанные минуты, а то и секунды? Тут, стоя в кимоно на татами не всегда среагируешь и рассчитаешь силу и точку удара. А когда на тебя выскакивают с ножом или пистолетом из-за угла, как соизмерить пределы удара, пинка или иных действий в состоянии внезапного страха за свою жизнь или жизнь близкого?

    Сколько себя помню, всегда в Дебилах у меня ходили те, кто бесшумно подкрадывается и пугает из-за угла(всегда считала эти шутки идиотскими): в школе один мальчик хотел что ли унизить меня перед учениками(или просто Дурак) и внезапно, выскочил передо мной, замахнулся, будто сейчас ударит по голове... Я, инстинктивно выставила руку вперёд(только много позже узнала, что это называется "блок") ... и неумелым хлёстким взмахом разбила ему шнобель(кровищи было, как со свиньи)...- моё "преступление" видело полшколы. Честное слово, "не виноватая я - он сам пришёл"(с) (Слава Богу не убила...- по 14-ть то вроде было нам тогда...)
    Написал БольшаяМедведиЦЦа 05.12.2017 01:35
  • Если меня спросят, готов ли я сесть на 15 лет, превысив пределы необходимой обороны при защите своей жизни, я скажу: лучше  сесть в комфортные условия с трехразовым питанием, чем лежать где-нибудь под осинкой.

    На самом деле действующий закон уже изложен довольно толково. Просто его зачастую читают неправильно. Если брать пример с необходимой обороной, и в институтах учат этому, и со следователями я неоднократно разговаривал, там постановка такая: если нападавшему причиняется вред голыми руками или подручными средствами, то никогда никто 105-ю статью, эту «мокрую», по убийству не возбуждает. Всегда это 111-я, часть 4-я – нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть.

    Условно говоря, если один с пистолетом нападает, стреляет, тем более в голову,  то это однозначно противоправное посягательство, и от него есть способ законный обороняться чем угодно. Даже если в этой ситуации того, кто с пистолетом,  забивают руками или запинывают ногами, то все равно никто никогда 105-ю не возбуждает, за исключением одного случая в Шадринске, где люди защищались от стрелявшего и ранившего их охранника, а в итоге оказались за решеткой.

    За рубежом в судьи никогда не назначат юриста с однобокой практикой. То есть как в Германии, допустим: прежде чем стать судьей, он должен поработать пять лет в госструктурах, пять лет минимум в органах следствия, и пять лет адвокатом. Чтобы юрист ощутил, так сказать, нюансы, каждой из сторон – и государственной службы, и защиты, и обвинения.

    У нас в основном судейский корпус сформирован либо из бывших сотрудников правоохранительных органов (прокуратуры или следствия), либо из бывших секретарей или помощников судьи. Они не имеют иной практики, кроме «штабной» работы – подшивать дела и слушать, что предыдущий судья наговорил. А тот в свою очередь тоже из бывших помощников судей… Если этот подход поменять, опираясь на оправдавший себя зарубежный опыт, и назначать судьями только тех, кто прошел все ступени из сферы жизни и юриспруденции, тогда не надо будет задавать вопрос: а как их научить читать закон? Они просто будут знать.

     


    Дальше...
    Написал Маркарьян Рубен (Рубен Маркарьян) 05.12.2017 00:02
  • Нравиться нам или нет, но мы хотим оправдать человека за причинение вреда другому человеку или нескольким одновременно, за то, что те, в свою очередь собирались либо уже навредили ему!!!!!
    1. Что и как "они" собирались сделать, насколько реальна была угроза, можно ли было избежать ... и т.д. и т.п.!!!!!
    2. Вроде простые и понятные вещи взывают сомнения у общества
    3. Общество не готово объективно оценить что такое "хорошо", а что такое "плохо".
    4. Надо готовить общество к оправдательным приговорам защищающихся этими приговорами.
    5. Застали вора ночью в квартире и убили в темноте, что обсуждать - собственник не виновен.
    6. Попытки оправдать вора - демогогия.
    Как то так!
    Написал Вадим (dnjhsqdflbv) 03.12.2017 12:00
ТЕМА НЕДЕЛИ Верить в Бога или Деда Мороза - вправе ли ребёнок решать?


Очередная тема недели аккурат меж праздников православного Рождества и Крещения Господня была, с позволения сказать, ниспослана редакции «ЗАКОНИИ» статистикой запросов пользователей русскоязычного Интернета относительно самостоятельности ...

Популярное
Новое