Институт компенсации жертвам нераскрытых преступлений не имеет отношения к казне

Институт компенсации жертвам нераскрытых преступлений не имеет отношения к казне

Для начала немного цифр, чтобы была понятна величина трагедии. 60% жертв преступлений не обращаются в правоохранительные органы, предпочитают сами разбираться. Есть те, кто обращаются, в год это в среднем 20-25 миллионов заявлений. Из них в 10% случаев принимаются решения о возбуждении уголовных дел. То есть, из  20 миллионов только 2 миллиона дел рассматриваются. И из тех 2 миллионов около 60% не раскрывается. Вот величина проблемы, которую мы имеем. В общей сложности где-то миллионов 30 попадает в эти жернова.

В цивилизованных странах мира ратифицировали Европейскую конвенцию по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений. Которая имеет смысл как раз в компенсации тем жертвам, преступления в отношении которых не раскрыты. Государство стимулируется таким образом обеспечивать правопорядок. А не сумели обеспечить, значит, возмещайте вред. Так говорит эта Европейская конвенция, которую ратифицировал сегодня даже Азербайджан.

В России  Следственный комитет в 2010 г. совместно с Общественной палатой разработал законопроект о потерпевших в преступлениях. И подразумевалось создание фонда для обеспечения определенного института при ратификации Конвенции, потому что ее ратифицировать мало, надо придумать, откуда деньги брать, как и кто будет исполнять действия этой Конвенции.  К огромному сожалению, эта идея издохла, на сегодняшний день этот законопроект никуда не поступил. Он был неплохой, хотя изъяны определенные были.

Понятно, когда Следственный комитет пишет норму, он пишет ее под  себя, но, тем не менее, можно было сдвинуть этот механизм и в результате прийти к ратификации Конвенции, то есть, подойти к тому, что жертвы нераскрытых преступлений, а это, как правило, сироты, инвалиды, получат право доступа к материальному возмещению. Естественно, этот институт ложится бременем на тех, кто осужден, это конфискации средств преступников. Поэтому институт достаточно благородный, и он к казне не имеет никакого отношения.  Но пока что, к огромному сожалению, мы никак не приблизимся ко многим цивилизованным конвенциям, которые бы позволили добросовестно подходить к возмещению вреда в той ситуации, в которую попал потерпевший.

13.09.2013

Игорь Трунов

 в избранное

Ранее об этом

  • Закон о компенсациях за волокиту следствия – аналог не работающего закона о волоките  судопроизводства 16 комментариев Закон о компенсациях за волокиту следствия – аналог не работающего закона о волоките судопроизводства

    Действующий с 2010 г. закон о компенсации за нарушение рассмотрения судом дела в разумный срок или нарушение исполнения судебного акта в разумный срок показал определенные слабости этого института. Поэтому предложение Минюста распространить эту норму на следствие упирается в 2 ключевых момента.

    Во-первых, что такое разумный срок и как его понимать, эта проблема не только наша, но и мировая. Мы берем Европейский суд, там тоже есть такой институт конвенции права на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. В Италии 10 лет рассматривалось одно дело, люди пожаловались в Европейский суд, там дело рассматривали еще 10 лет. И сказали: нет, 10 лет это нормальный разумный срок.

    Второй вопрос – это размер компенсации. В соответствии с уже действующим законом, который имеет отношение к судебным приставам и разумному сроку судопроизводства. Так вот, размер компенсации определяется судом «с учетом принципов разумности и справедливости». Видите, насколько размыты критерии, которые определяет сам суд, который себя же должен наказать за волокиту. Как результат мы имеем такой  достаточно вялотекущий, абсолютно нерабочий институт, который должен был бы, конечно, стимулировать судебную систему. А сейчас предлагается абсолютная аналогия, которая будет стимулировать следственную систему. Но вот, как показывает практика, из этого не очень получается что-то вменяемое.

    На всю страну в общем подается исков о волоките в суде где-то около 300, при том, что  половина из них признается несущественными, половина не удовлетворяется, а потом в конституционных надзорных апелляционных инстанциях отменяется, поэтому в сухом остатке – единичные случаи, которые в целом не дают надлежащего эффекта, надлежащего влияния на систему. Тот инструмент, который задумывался как эффективный мотор того, чтобы стимулировать суд к соблюдению сроков рассмотрения дел, не действует, именно потому, что законодатель не дал объяснений ни разумности, ни цены вопроса, невнятный этот закон. Почему? Потому что судиться за разумный срок можно неразумно долго, а получишь в результате немного денег, которых будет меньше, чем затраты на услуги адвоката.

    Инициатива Минюста – просто вторая серия истории создания такого же декларативного института, который не очень будет работать.

    13.09.2013
  • Следствие должно работать так, чтобы государству не пришлось возмещать ущерб вместо виновных в волоките лиц 16 комментариев Следствие должно работать так, чтобы государству не пришлось возмещать ущерб вместо виновных в волоките лиц

    Я думаю, что идея вообще неправильна. Это следствие должно работать так, чтобы государству не нужно было возмещать ущерб за виновных в волоките лиц. Другое дело, может быть, когда следствие работало, но виновное лицо так и не было установлено, либо его нет в живых на момент раскрытия преступления, либо оно признано невменяемым, либо у него нет материальных средств. В этом случае государство обязано как-то поддержать человека. Речь не о возмещении причиненного вреда идет, а о некой компенсации, то есть поддержке граждан, потерпевших от преступления.

    Будут ли сотрудники правоохранительных органов более оперативно работать, если законопроект о выплате компенсаций из госказны за затягивание расследования уголовных дел станет законом? Нет, и могу пояснить эту позицию на примере собственной адвокатской практики 2012 года.

    Гражданину причинен ущерб на 7 млн. руб. Сумма компенсации, которую он получил за нарушение разумных сроков на осуществление правосудия органами следствия, – 100 тысяч. У нас есть пачка судебных решений, признававших постановления следователей о прекращении дела и об отказах от возбуждения дела незаконными и отменявшими их. При этом никто из правоохранителей, чьи действия судом были квалифицированы как незаконные, никакой ответственности не понес. Кроме того, деньги моему доверителю были выплачены из бюджета, то есть, из наших с вами карманов, в том числе из кармана самого потерпевшего как налогоплательщика.

    Уголовное дело, ведущееся следователем уже 7 лет, на сегодняшний день то ли прекращено, то ли  приостановлено, точной информации нет, поскольку обязанность уведомлять потерпевшего о принятых следователем решениях по делу по-прежнему не выполняется.

    Конечно, радует хотя бы то, что человека, в случае удовлетворения его иска о компенсации за нарушение разумных сроков на судопроизводство, фактически признают потерпевшим  от бездействия и разгильдяйства соответствующих государственных структур. Но вот что это дает ему в плане защиты и восстановления своих прав?

    Компенсация получена, виновный установлен, но дело не закончено. Осталось всего каких-нибудь 3 года, и следователи смогут прекратить это дело вполне законно – в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности.

    Поэтому сам по себе закон о компенсации за волокиту следствия ничего не поменяет в отношении к потерпевшему, который сегодня остается  второстепенной фигурой в судебном процессе.  Да, мы можем заявить европейскому сообществу, что мы заботимся о наших потерпевших в плане компенсации. А компенсация получается чем-то вроде индульгенции: человеку заплатили и все.

    Принятие нормы без других изменений уголовно-процессуального законодательства, скажем, изменения статуса следователя, изменения социальной заинтересованности, еще каких-то положений работать не будет.

    13.09.2013
  • Институту  госкомпенсации за волокиту в ходе следствия нужны четко прописанные  критерии 16 комментариев Институту госкомпенсации за волокиту в ходе следствия нужны четко прописанные критерии

    По статистике у нас лишь около миллиона дел доходит до судов, а более 10 миллионов заявлений остаются на уровне предварительного расследования. Представьте, сколько в наших судах может появиться дел о компенсации за затягивание следствия. Соответственно,  норма о компенсации, разрабатываемая минюстом,  должна быть принята при наличии точных и четких критериев, оснований, по которым такая компенсация может быть присуждена гражданину.

    Во-первых, желательно, чтобы такая компенсация могла только присуждаться, то есть, вопрос о ней решался бы только в судебном порядке. Не просто по факту нераскрытия  преступления, когда потерпевший, скажем, идет в минфин с заявлением и автоматически получает выплату. А только на основании судебного решения.

    Второй момент, должны быть определены квалифицирующие признаки, по которым такая компенсация может быть присуждена. Это должно быть время рассмотрения дела, поскольку  у предварительного расследования есть свои сроки, установленные законом для разных случаев. Если этот срок превышается, право на получение компенсации появляется.

    Далее надо говорить о детальной законодательной проработке мер защиты от возможности наличия в действиях сотрудников правоохранительных органов умысла, необоснованности затяжек, так называемого квазинорматива, обеспеченного соответствующими постановлениями следователей. На деле это всего лишь прикрытие, чтобы внешне казалось, что они готовы активно работать, но слишком уж много дел на каждого из них приходится, так что расследованием по этому конкретному делу заняться нет возможности. Такие критерии тоже надо прописать.

    Также есть смысл добавить, что компенсация, помимо собственно присуждения и помимо наличия ошибок, может присуждаться при случаях коррупционных действий, когда для повышения раскрываемости товарищ следователь говорит: может, мы с вами как-то вне стен следственного органа пообщаемся, обсудим. Здесь стоит отдельно прописать положение,  связанное с тем, что компенсация потерпевшему может присуждаться, если сотрудник правоохранительных органов предлагает вступить в коррупционные действия помимо статьи о взятке. Такой момент, я думаю, был бы очень полезен как для государства, как для общества в целом, так и для отдельных граждан.

    13.09.2013
  • Институт компенсации за волокиту в рамках следствия в России необходим 16 комментариев Институт компенсации за волокиту в рамках следствия в России необходим

    Какие лекала, какие ориентиры министерство юстиции берет при разработке законопроекта о гарантированной компенсации жертвам нераскрытых преступлений. В целом и с американской правовой системы правосудия, и системы компенсации европейской, когда государство  в определенных случаях гарантирует гражданам компенсацию в случае, если по вине по умыслу должностных лиц государственных органов происходит затягивание в рассмотрении дела как в досудебном варианте в рамках административного производства по делу, то есть в рамках судопроизводства.

    Наша компенсация пока является таким  половинчатым институтом – в данный момент она касается  только судов. Конечно, с учетом того, что такая компенсация сама по себе является положительным явлением, нужно сделать следующую ремарку.

    Если мы вводим систему поголовной компенсации,  возможны три последствия.  Во-первых, правовой нигилизм некоторых сотрудников правоохранительных органов отменяет саму систему правоохранительную, поэтому некоторые нечистоплотные сотрудники просто будут отказываться принимать заявления от потерпевших, чтобы не ухудшать статистику. Само общество также находится в состоянии правового нигилизма, и это относится и к теме говора о серьезном институте компенсации: если аллегорично сравнивать, общественное правовое сознание находится на уровне ученика первого класса, а мы хотим с него спросить как с выпускника вуза. У нас опять найдутся умельцы, которые начнут, мягко говоря, зарабатывать на казне: договариваться между собой, инсценировать те же мелкие уличные преступления (вроде драки в подворотне с нанесением друг другу повреждений, разумеется, без свидетелей), которые раскрыть невозможно, соответственно, дело через какое-то время закрывается или  отправляется в архив, потому что преступника не могут найти, и вот эти «потерпевшие» приобретает право на компенсацию. Третий тезис экспертов: институт компенсации может лечь непомерным грузом на бюджетные обязательства РФ. Просто казна лопнет, у нас начнется дефицит или повышение государственного долга. Если будет указка сверху «больше стольких-то дел не принимать, потому что бюджет не потянет», возникнет опасность того, что мы в принципе закроем людям возможность обращаться в правоохранительные органы за правовой защитой.

    И все же я полагаю, что сам институт компенсации и правилен, и полезен, и нужен, и должен быть, надо просто разработать его так, чтобы не оставить лазейки для возможности хитрить как для части недобросовестных правоохранителей, так и для особо предприимчивых граждан.

    13.09.2013

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Комментарии

  • Почитал законопроект и выяснилось, что список потерпевших имеющих право на компенсацию весьма ограничен, а размер компенсации всего то 5 МРОТ. )))
    Написал Бозов Алексей Анатольевич (alexboz) 01.10.2013 02:08
  • Все дело в том, что существуют нерадивые следователи, которые действительно затягивают ход следствия сознательно, либо волокитят уголовные дела в силу некомпетентности и халатного отношения к своим должностным обязанностям. Считаю, что если действительно в действиях должностного лица усматривается волокита (как и кто определяет, это на усмотрение законодателя), то следует компенсировать материалный ущерб не за счет казны, а из заработной платы должностного лица ведущего расследование или судопроизводство. Данный метод позволил бы более ответственно относиться к сфере своей деятельности.
    Написал russell 15.09.2013 17:20
  • Для начала немного цифр, чтобы была понятна величина трагедии. 60% жертв преступлений не обращаются в правоохранительные органы, предпочитают сами разбираться. Есть те, кто обращаются, в год это в среднем 20-25 миллионов заявлений. Из них в 10% случаев принимаются решения о возбуждении уголовных дел. То есть, из 20 миллионов только 2 миллиона дел рассматриваются. И из тех 2 миллионов около 60% не раскрывается. Вот величина проблемы, которую мы имеем. В общей сложности где-то миллионов 30 попадает в эти жернова.

    В цивилизованных странах мира ратифицировали Европейскую конвенцию по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений. Которая имеет смысл как раз в компенсации тем жертвам, преступления в отношении которых не раскрыты. Государство стимулируется таким образом обеспечивать правопорядок. А не сумели обеспечить, значит, возмещайте вред. Так говорит эта Европейская конвенция, которую ратифицировал сегодня даже Азербайджан.

    В России Следственный комитет в 2010 г. совместно с Общественной палатой разработал законопроект о потерпевших в преступлениях. И подразумевалось создание фонда для обеспечения определенного института при ратификации Конвенции, потому что ее ратифицировать мало, надо придумать, откуда деньги брать, как и кто будет исполнять действия этой Конвенции. К огромному сожалению, эта идея издохла, на сегодняшний день этот законопроект никуда не поступил. Он был неплохой, хотя изъяны определенные были.

    Понятно, когда Следственный комитет пишет норму, он пишет ее под себя, но, тем не менее, можно было сдвинуть этот механизм и в результате прийти к ратификации Конвенции, то есть, подойти к тому, что жертвы нераскрытых преступлений, а это, как правило, сироты, инвалиды, получат право доступа к материальному возмещению. Естественно, этот институт ложится бременем на тех, кто осужден, это конфискации средств преступников. Поэтому институт достаточно благородный, и он к казне не имеет никакого отношения. Но пока что, к огромному сожалению, мы никак не приблизимся ко многим цивилизованным конвенциям, которые бы позволили добросовестно подходить к возмещению вреда в той ситуации, в которую попал потерпевший.


    Дальше...
    Написал Трунов Игорь (Игорь Трунов) 13.09.2013 18:07
  • Действующий с 2010 г. закон о компенсации за нарушение рассмотрения судом дела в разумный срок или нарушение исполнения судебного акта в разумный срок показал определенные слабости этого института. Поэтому предложение Минюста распространить эту норму на следствие упирается в 2 ключевых момента.

    Во-первых, что такое разумный срок и как его понимать, эта проблема не только наша, но и мировая. Мы берем Европейский суд, там тоже есть такой институт конвенции права на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. В Италии 10 лет рассматривалось одно дело, люди пожаловались в Европейский суд, там дело рассматривали еще 10 лет. И сказали: нет, 10 лет это нормальный разумный срок.

    Второй вопрос – это размер компенсации. В соответствии с уже действующим законом, который имеет отношение к судебным приставам и разумному сроку судопроизводства. Так вот, размер компенсации определяется судом «с учетом принципов разумности и справедливости». Видите, насколько размыты критерии, которые определяет сам суд, который себя же должен наказать за волокиту. Как результат мы имеем такой достаточно вялотекущий, абсолютно нерабочий институт, который должен был бы, конечно, стимулировать судебную систему. А сейчас предлагается абсолютная аналогия, которая будет стимулировать следственную систему. Но вот, как показывает практика, из этого не очень получается что-то вменяемое.

    На всю страну в общем подается исков о волоките в суде где-то около 300, при том, что половина из них признается несущественными, половина не удовлетворяется, а потом в конституционных надзорных апелляционных инстанциях отменяется, поэтому в сухом остатке – единичные случаи, которые в целом не дают надлежащего эффекта, надлежащего влияния на систему. Тот инструмент, который задумывался как эффективный мотор того, чтобы стимулировать суд к соблюдению сроков рассмотрения дел, не действует, именно потому, что законодатель не дал объяснений ни разумности, ни цены вопроса, невнятный этот закон. Почему? Потому что судиться за разумный срок можно неразумно долго, а получишь в результате немного денег, которых будет меньше, чем затраты на услуги адвоката.

    Инициатива Минюст – просто вторая серия создания такого же декларативного института, который не очень будет работать.


    Дальше...
    Написал Трунов Игорь (Игорь Трунов) 13.09.2013 17:59
  • Я думаю, что идея вообще неправильна. Это следствие должно работать так, чтобы государству не нужно было возмещать ущерб за виновных в волоките лиц. Другое дело, может быть, когда следствие работало, но виновное лицо так и не было установлено, либо его нет в живых на момент раскрытия преступления, либо оно признано невменяемым, либо у него нет материальных средств. В этом случае государство обязано как-то поддержать человека. Речь не о возмещении причиненного вреда идет, а о некой компенсации, то есть поддержке граждан, потерпевших от преступления.

    Будут ли сотрудники правоохранительных органов более оперативно работать, если законопроект о выплате компенсаций из госказны за затягивание расследования уголовных дел станет законом? Нет, и могу пояснить эту позицию на примере собственной адвокатской практики 2012 года.

    Гражданину причинен ущерб на 7 млн. руб. Сумма компенсации, которую он получил за нарушение разумных сроков на осуществление правосудия органами следствия, – 100 тысяч. У нас есть пачка судебных решений, признававших постановления следователей о прекращении дела и об отказах от возбуждения дела незаконными и отменявшими их. При этом никто из правоохранителей, чьи действия судом были квалифицированы как незаконные, никакой ответственности не понес. Кроме того, деньги моему доверителю были выплачены из бюджета, то есть, из наших с вами карманов, в том числе из кармана самого потерпевшего как налогоплательщика.

    Уголовное дело, ведущееся следователем уже 7 лет, на сегодняшний день то ли прекращено, то ли приостановлено, точной информации нет, поскольку обязанность уведомлять потерпевшего о принятых следователем решениях по делу по-прежнему не выполняется.

    Конечно, радует хотя бы то, что человека, в случае удовлетворения его иска о компенсации за нарушение разумных сроков на судопроизводство, фактически признают потерпевшим от бездействия и разгильдяйства соответствующих государственных структур. Но вот что это дает ему в плане защиты и восстановления своих прав?

    Компенсация получена, виновный установлен, но дело не закончено. Осталось всего каких-нибудь 3 года, и следователи смогут прекратить это дело вполне законно – в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности.

    Поэтому сам по себе закон о компенсации за волокиту следствия ничего не поменяет в отношении к потерпевшему, который сегодня остается второстепенной фигурой в судебном процессе. Да, мы можем заявить европейскому сообществу, что мы заботимся о наших потерпевших в плане компенсации. А компенсация получается чем-то вроде индульгенции: человеку заплатили и все.

    Принятие нормы без других изменений уголовно-процессуального законодательства, скажем, изменения статуса следователя, изменения социальной заинтересованности, еще каких-то положений работать не будет.


    Дальше...
    Написал Гусева Татьяна (Татьяна Гусева) 13.09.2013 17:14
  • По статистике у нас лишь около миллиона дел доходит до судов, а более 10 миллионов заявлений остаются на уровне предварительного расследования. Представьте, сколько в наших судах может появиться дел о компенсации за затягивание следствия. Соответственно, норма о компенсации, разрабатываемая минюстом, должна быть принята при наличии точных и четких критериев, оснований, по которым такая компенсация может быть присуждена гражданину.

    Во-первых, желательно, чтобы такая компенсация могла только присуждаться, то есть, вопрос о ней решался бы только в судебном порядке. Не просто по факту нераскрытия преступления, когда потерпевший, скажем, идет в минфин с заявлением и автоматически получает выплату. А только на основании судебного решения.

    Второй момент, должны быть определены квалифицирующие признаки, по которым такая компенсация может быть присуждена. Это должно быть время рассмотрения дела, поскольку у предварительного расследования есть свои сроки, установленные законом для разных случаев. Если этот срок превышается, право на получение компенсации появляется.

    Далее надо говорить о детальной законодательной проработке мер защиты от возможности наличия в действиях сотрудников правоохранительных органов умысла, необоснованности затяжек, так называемого квазинорматива, обеспеченного соответствующими постановлениями следователей. На деле это всего лишь прикрытие, чтобы внешне казалось, что они готовы активно работать, но слишком уж много дел на каждого из них приходится, так что расследованием по этому конкретному делу заняться нет возможности. Такие критерии тоже надо прописать.

    Также есть смысл добавить, что компенсация, помимо собственно присуждения и помимо наличия ошибок, может присуждаться при случаях коррупционных действий, когда для повышения раскрываемости товарищ следователь говорит: может, мы с вами как-то вне стен следственного органа пообщаемся, обсудим. Здесь стоит отдельно прописать положение, связанное с тем, что компенсация потерпевшему может присуждаться, если сотрудник правоохранительных органов предлагает вступить в коррупционные действия помимо статьи о взятке. Такой момент, я думаю, был бы очень полезен как для государства, как для общества в целом, так и для отдельных граждан.


    Дальше...
    Написал Голенев Вячеслав (Вячеслав Голенев) 13.09.2013 16:55
  • Какие лекала, какие ориентиры министерство юстиции берет при разработке законопроекта о гарантированной компенсации жертвам нераскрытых преступлений. В целом и с американской правовой системы правосудия, и системы компенсации европейской, когда государство в определенных случаях гарантирует гражданам компенсацию в случае, если по вине по умыслу должностных лиц государственных органов происходит затягивание в рассмотрении дела как в досудебном варианте в рамках административного производства по делу, то есть в рамках судопроизводства.

    Наша компенсация пока является таким половинчатым институтом – в данный момент она касается только судов. Конечно, с учетом того, что такая компенсация сама по себе является положительным явлением, нужно сделать следующую ремарку.

    Если мы вводим систему поголовной компенсации, возможны три последствия. Во-первых, правовой нигилизм некоторых сотрудников правоохранительных органов отменяет саму систему правоохранительную, поэтому некоторые нечистоплотные сотрудники просто будут отказываться принимать заявления от потерпевших, чтобы не ухудшать статистику. Само общество также находится в состоянии правового нигилизма, и это относится и к теме говора о серьезном институте компенсации: если аллегорично сравнивать, общественное правовое сознание находится на уровне ученика первого класса, а мы хотим с него спросить как с выпускника вуза. У нас опять найдутся умельцы, которые начнут, мягко говоря, зарабатывать на казне: договариваться между собой, инсценировать те же мелкие уличные преступления (вроде драки в подворотне с нанесением друг другу повреждений, разумеется, без свидетелей), которые раскрыть невозможно, соответственно, дело через какое-то время закрывается или отправляется в архив, потому что преступника не могут найти, и вот эти «потерпевшие» приобретает право на компенсацию. Третий тезис экспертов: институт компенсации может лечь непомерным грузом на бюджетные обязательства РФ. Просто казна лопнет, у нас начнется дефицит или повышение государственного долга. Если будет указка сверху «больше стольких-то дел не принимать, потому что бюджет не потянет», возникнет опасность того, что мы в принципе закроем людям возможность обращаться в правоохранительные органы за правовой защитой.

    И все же я полагаю, что сам институт компенсации и правилен, и полезен, и нужен, и должен быть, надо просто разработать его так, чтобы не оставить лазейки для возможности хитрить как для части недобросовестных правоохранителей, так и для особо предприимчивых граждан.


    Дальше...
    Написал Голенев Вячеслав (Вячеслав Голенев) 13.09.2013 16:50
  • По мне лучше ввести для наших законотворцев и чиновников количество попыток на действительно нужны своевременные законодательные инициативы, а то слишком уж надоела эта легкомысленность и засилие некомпетентных лиц в ГД, министерствах и ведомствах. Исчерпал лимит, подвинься дай другому поработать. Жаль только это утопия)
    Написал Roman.Krutov. 13.09.2013 16:27

  • Цитата:

    Сообщение от mishanik

    Гусаров И.Л., это был на самом деле риторический вопрос))



    Отчего же риторический? Кое-где работает.
    Написал Захарьев Иван (Zaharь) 12.09.2013 11:30
  • Игорь Трунов Игорь Трунов

    председатель президиума Московской центральной коллегии адвокатов, национальный президент Всемирной Ассоциации юристов в РФ, заместитель председателя Международного Cоюза юристов

    доктор юридических наук, профессор

    Эксперт