Поиски контролирующего должника лица иногда доходят до абсурда

Институт субсидиарной ответственности возник не просто так, а в рамках концепции неотвратимости ответственности, и изыскания всеми средствами контролирующее должника лицо (КДЛ) – зачастую, скрытого бенефициара. Поиском конечного бенефициара любят заниматься банки и налоговая служба с единственной целью – взыскать деньги. Им нужен хоть кто-то, кто мимо проходил, и сотрудники указали на него пальцем, что он, мол, с большим интересом посмотрел на нашу компанию, когда мимо проходил, возможно, он какие-то указания делал важные при принятии решений.  Иногда доходит до абсурда: вот, человека часто видели в офисе, значит, он однозначно влиял на руководство. Данная концепция, возможно, уже переходит все возможные границы. И получается, что у нас ломят, пока не сломают, и люди, видя, как привлекают к субсидиарной ответственности, начинают применять превентивные меры.
Тут важна статистика того, что в банкротных процессах взыскивают требований в разы меньше заявленных. Так как к тому моменту, когда наступает субсидиарная ответственность, проходят годы банкротных процессов, и, как говорится, все украдено до нас. Поэтому наказать, застращать, отнять удается у тех, кто не был подготовлен к такому развитию событий и даже невиновен в долгах. Все это должно заставлять людей задуматься, что вполне возможно, если ты мимо проходил, ты можешь быть КДЛом.
Сейчас систему сдержек и противовесов между должником, кредитором, КДЛ, судом все же пытаются выстроить посредством принятых в мае поправок в закон о банкротстве, исходя из которых, если теперь дело о банкротстве  рассматривалось без учредителя, то это является нарушением его прав. Он имеет право с момента начала банкротства предъявлять доказательства, показывать, какие у него возникли убытки в результате действий, приведших к банкротству. Т.е. Конституционный суд указал, что надо, конечно, деньги возвращать, но давить нужно не до бесконечности.     

30.09.2022

 в избранное

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Комментарии

  • Нормы, регулирующие институт субсидиарной ответственности, с большой долей вероятности меняться не будут, так как они связаны напрямую с недобросовестностью предпринимателей. Ведь абсолютно понятно, что все номинальные руководящие лица – директора, учредители и иные – не более чем подставные лица для осуществления определенных целей. Иногда эта уловка становится гротескной. Одно время в СМИ подробно освещалась история, в которой подсудимый предлагал посмеяться, когда в суд привели номинального руководителя, больного олигофренией. Хотя на самом деле смеяться надо было над подсудимым, это ведь он общался, что-то обсуждал и заключал сделки с человеком с ограниченным умственным развитием и вдруг развеселился, когда оказался на судебной скамье.
    Не счесть случаев и их разновидностей, когда, допустим, у главы поселения родственник, друг, одноклассник вдруг становится удачливым бизнесменом. Эти случаи не идентичны. Поэтому и появились весьма размытые нормы, определяющие контролирующее должница лицо.     
    Всегда в правовом поле существует противостояние замка и ломика. Заключается оно в том, что, сколько бы ни придумывали запретительных понятий, люди все равно найдут способы их обойти, чтобы формально все было правильно. Следственные органы, когда в рамках арбитражного процесса появляется уголовное дело, при таких обстоятельствах тоже вину ищут не по писаному. Следователь прекрасно понимает, что на бумаге может быть все гладко, например, там указано, что Иванов не имел права заходить в кабинет к Петрову. Так он и не заходил – они решали свои дела в коридоре. Поэтому следователь будет работать с людьми – сотрудниками компаний, со средствами фиксации. А в дальнейшем уже судьи должны будут определить, действительно ли Петров и Иванов составляли устойчивую группу. Конечно, в данном случае речь идет о публично-правовых обязательствах, поэтому людей не посадят в тюрьму, но деньги взыщут, и это справедливо. Ведь если деньги уходили из бизнеса с подачи этих лиц, то и находятся средства где-то у них.   
     


    Дальше...
    Написал Серков Аркадий (Аркадий Серков) 30.09.2022 10:53
  • На сегодняшний день привлечение к субсидиарной ответственности, как и взыскание убытков недобросовестными кредиторами с управляющего, используется как инструмент пополнения конкурсной массы. Поэтому процент привлечения к субсидиарной ответственности растет. Чем более в него не верят те, кого могут привлечь, тем больше шансов, что это произойдет. И нужно будет потом доказывать, что человек не являлся контролирующим должника лицом. Порой для людей бывает откровением, что им придется доказывать не факт, а его отсутствие. Дело в том, что все знают, что есть такое правовое понятие, как «презумпция невиновности», но в банкротстве все с точностью до наоборот – есть «презумпция виновности», и только в случае, если гражданин доказал, что он является невиновным, только тогда он таковым считается.
    Что может повлиять на риски привлечения? Пункт 6 ст. 61.10 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» говорит, что при владении меньше чем 10% уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением, у лица не может быть риска привлечения к субсидиарной ответственности. Т.е. зафиксирован порог, ниже которого можно не бояться быть привлеченным. В статье также сказано однозначно, что если лицо владеет 50% и более, то у него есть прямой риск субсидиарной ответственности, так как очень сложно доказать, что человек не влиял на принятие решений.
    В целом же в законе поименованы четыре пункта, по которым можно определить, что это лицо влияло на принятие решений: во-первых, находиться с должником-руководителем или членами иного руководящего органа в отношениях родства или должностного положения, во-вторых, в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника по доверенности, в-третьих, в силу должностного положения – это особенно касается главных бухгалтеров, финансовых директоров, руководителей юридического департамента, т.е. должностей, которые позволяют вникнуть в суть хозяйственной деятельности, и, в-четвертых, когда есть возможность влиять на руководителя или членов управления организации тем или иным образом – подразумеваются элементы любой зависимости. 


    Дальше...
    Написал Кузнецов Владимиp (Владимиp Кузнецов) 30.09.2022 10:47
  • Наталья Оганова Наталья Оганова

    Доцент департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при правительстве РФ

    Эксперт