Публичная жалоба на давление следствия – лучшая защита свидетеля

Публичная жалоба на давление следствия – лучшая защита свидетеля

Нет в мире ни одной юридической системы, которая была бы идеальна в том смысле, что там никогда бы не привлекали невиновного к ответственности. И я абсолютно точно знаю, что сидят люди, невиновные в совершении тех преступлений, в которых их обвиняют, и в Соединенных Штатах, и в Германии. И во Франции, и в любой другой стране, какую вы ни назовите, есть такие люди. К сожалению, система юридическая – она несовершенна: люди судят других людей, и вот вам как бы уже заведомая порочность этой системы.

Что касается заведомо ложных показаний, действительно, есть ответственность за это деяние. Уголовные дела за дачу заведомо ложных показаний возбуждаются нечасто по разным причинам, в том числе считается, что с этим нечего возиться, что и так судимых достаточно. Дал человек ложные показания, потом осознал, отказался. Короче говоря, действительно, если тяжкий вред какой-то особый не причинен, то стараются дела не возбуждать.

Кроме того, в статье 37 Уголовного кодекса есть примечание, в котором указано, что если человек отказался от своих показаний, в том числе, кстати говоря, которые у него вынужденно вырвали, что называется, то он от этой уголовной ответственности и освобождается. Поэтому дел немного. Но давление на свидетеля оказывается следователями, и в первую очередь недобросовестными следователями, такие есть и пытаются, что называется, при отсутствии доказательств их выдумать, надавить, и так далее..

Но я хотел сказать еще об одном моменте. У нас есть уголовная ответственность свидетелей, есть уголовная ответственность следователей. И в частности есть статья 302, которая устанавливает уголовную ответственность за принуждение к даче вот этих самых ложных показаний. Дел, увы, как и по предыдущей статье, немного, но они есть. И, кстати говоря, не только по этой статье в отношении следователей недобросовестных возбуждаются уголовные дела, как минимум, они отстраняются, увольняются от работы, а довольно приличная их часть и отправляется на лишение свободы. И за превышение должностных полномочий, и за халатность, и за многое другое.

Вообще я хочу сказать,  у нас довольно много людей из бывших сотрудников правоохранительных органов отбывают уголовное наказание. Есть специальные места лишения свободы для них, и там их, в общем-то, я скажу, немало.

Если следствие оказывает на свидетеля давление, какой совет тут дать?

При простоте вопроса, он на самом деле совершенно не простой. Потому что действительно, все мы не без греха.  Но не любого вызывают, чтобы он дал показания против того-то. Человек либо каким-то образом связан с обвиняемым, может быть, отчасти связан с тем делом, в котором обвиняют того человека. Это все не на пустом месте делается, это надо понимать. И, конечно же, выгораживая себя, человек идет на поводу у такого следователя и дает показания ложные.

Но вот я могу сказать, что бывают ситуации, когда в данный конкретный момент как бы приходится, придется солгать. Но я еще раз повторяю, что есть примечания к этой статье – если эти показания даны под давлением, вы в любой момент может официально от них отказаться. И ничего за это не будет. Это примечание к этой статье, это – первое.
 

Второе. Если боятся люди отказаться от недостоверных показаний, боятся преследования, есть различные способы воздействия на таких следователей. И у нас есть в том числе так называемые организации «сопротивления» в хорошем смысле слова, не подумайте, что это какие-то подпольные организации. Имеется в виду вот в отношении свидетелей, которым угрожают.  Есть ряд других организаций, есть адвокаты, то же Маркарьян. Вот надо обращаться к ним и выстраивать собственную линию защиты от таких недобросовестных следователей. И при надлежащей правовой оценке, при грамотном подходе, я вас уверяю, если человек уверен в своей правоте, уверен, что вот он не хочет давать этих показаний, и хоть страх есть, но если грамотно выработать позицию правовую, то ничего не угрожает.

На самом деле иллюзия состоит во мнении, что если я не буду жаловаться, то мне ничего и не будет. Наоборот. Если вы начнете жаловаться, и об этом станет известно, публичность – это лучший защитник. Как только становится известно, в том числе специальным органам и прокуратуре, и общественным организациям, и сейчас есть Интернет вообще-то, и становится известно о недобросовестном поведении того или иного следователя, - то это как раз лучшая гарантия безопасности.

09.06.2017

Игорь Мацкевич

 в избранное

Добавление комментария

Комментарии

  • Я защитник по уголовному делу, которое *расследуется в Следственном управлении УМВД России по Хабаровскому краю. Сейчас идет предварительное расследование.

    Ключевых свидетелей по делу следствие жестко напугало, воспользовавшись тем, что обычные люди не совсем ориентируются в своих правах и не обладают юридическими знаниями. Их дезинформировали, сказав, что сделают соучастниками преступления, что отберут жилье, если они на допросах и на очной ставке скажут правду. Потому что правда оказалась не угодна следствию. Люди испугались и сказали все, что требовали *следователь и оперативный сотрудник, который помогал в этом мероприятии.

    В рамках предварительного расследования через несколько дней после того, как свидетели дали заведомо ложные показания, они, скажем так, одумались, прибегли к юридической помощи. Свидетели, воспользовавшись примечанием к статье 307 Уголовного кодекса, заявили о том, что ими были даны ложные показания.

    Свидетели рассказали, *как все происходило на самом деле, каким образом на них было оказано давление, что дословно им говорил следователь, что говорилось оперативным сотрудником, каким образом их склоняли, принуждали к даче недостоверных показаний. Все это они изложили письменно в своих заявлениях, которые *подали следственному органу. И в рамках, опять же, предварительного следствия их допросили повторно, по их же ходатайству, и они уже рассказали там все. Тому же самому следователю.

    Дело в том, что, поскольку следователь не менялся, *дело как находилось у него в производстве, так и находится. Свидетели заявили о том, что показания, которые они дали первоначально, ложные, соответственно, описали, при каких обстоятельствах они были получены. После повторного допроса следователь вынесла постановление, в котором указала, что следственный орган «отказывает в признании первоначальных показаний ложными». То есть следственный орган формально их запросил повторно, но будет руководствоваться, судя по всему, в обвинительном заключении, если оно все-таки будет, ссылкой на первоначальные показания.

    Когда свидетели спохватились и обратились к адвокату за юридической помощью, выяснилось, это надо было делать гораздо раньше. Уже в *юридическом сопровождении они подали заявление в прокуратуру, в Следственный комитет по факту принуждения к даче заведомо ложных показаний. И в настоящий момент проводятся соответствующие проверки.

    Ради чего следователи на начальном этапе так старались? Дело – хозяйственный спор – возбуждено без явного состава преступления, но, они пытаются, скажем прямо, сфабриковать уголовную доказательную базу, для того чтобы подготовить обвинение и отправить дело в суд.


    *

    *


    Дальше...
    Написал Капырина Ольга (Ольга Капырина) 09.06.2017 13:30
  • Адвокат из Хабаровска рассказал, как следователь принудил свидетелей фактически дать ложные показания, и когда свидетели одумались и решили все же сообщить объективные сведения, показания подаются тому же следователю, и он же сам решает, какие из показаний считать «правильными», а какие нет.

    Это системная проблема, тут дело не в Хабаровске, не в Урюпинске и не в Москве. Давление следствия на свидетелей встречается сплошь и рядом, и это действительно явление глобальное, потому что у следователя российского, в отличие от следователя советского, нет задачи восстановить справедливость или отыскать реального преступника. У него есть задача обвинять.

    Дело вот в чем. *В советское время за следователем надзирал прокурор, у которого были реальные полномочия, чтобы следователь не сильно углублялся в обвинительный уклон, но осуществлял другие важные мероприятия, чтобы выйти на реального преступника. И если следователь осуществлял какие-то незаконные действия, прокурор был вправе этого следователя наказать. Вплоть до того, чтобы возбудить уголовное дело и следователя самого посадить.

    Если говорить о злоупотреблениях следователей и вообще сотрудников правоохранительных органов, то вот сегодняшняя новость: 22 года по приговору получает генерал Сугробов. А за что? За то, что фабриковали дела, что провоцировали взятки, для того чтобы продвигаться по службе и продвигать себе подобных. Вот единичный случай, они просто нарвались на непростых ребят из ФСБ, поэтому так это все плачевно закончилось для генерала. А как явление это сплошь и рядом происходит. Поэтому я думаю, что бороться с конкретным следователем из Хабаровска, наверное, можно тем путем, как это и должно происходить. Сегодня, кстати, странным образом совпали знаковые события: приговор Сугробову и вступление в силу закона, который изменил УПК, в частности несколько статей, которые расширяют полномочия адвокатов.

    Теперь адвокат из Хабаровска имеет право предъявить дополнительное ходатайство следователю, и по новым обстоятельствам допросить свидетелей и присутствовать при этом допросе, фиксировать, будет там оказано давление или нет. Новые поправки в УПК внесены по инициативе президента, он сам, видимо, увидел, что есть такая проблема, и адвокатам расширил полномочия. Теперь следователь не вправе отказать в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств защиты. Оценивать их уже потом суд будет. И вот именно сегодня это все произошло, этот закон вступил в законную силу, через десять дней с момента опубликования.

    Мое мнение, чтобы таких проблем не было, нужно: первое – наверное, в обязательном порядке ввести видеозапись допроса и потом эту запись приобщать к материалам уголовного дела. Благо сейчас у нас не 70-е годы, где была проблема с катушечными *магнитофонами, и бобины с пленкой выдавались по каким-то странным разнарядкам, по спискам, и все это было очень строго. Сегодня смартфон есть у любого следователя, и не самый даже плохой, который можно, в том числе, и использовать. Потом, если что, провести экспертизу. И поэтому по видеозаписи можно будет сказать, давил следователь во время допроса или не давил.

    Второе. Запретить неформальное общение следователя со свидетелями, то есть любое общение должно быть запротоколировано, потому что во время такой так называемой беседы может произойти как раз это давление. То есть сначала придавил, сказал: «Инвалидом тебя отправим на пенсию, и лишишься одного, второго, третьего. А завтра приходи на допрос, только подумай за ночь». Конечно, человек придет, и на допросе на него уже давить не надо.

    И третье, о чем я уже сказал, это прокурору предоставить права по реальному контролю над следствием. Чтобы прокурор был не номинальной фигурой, которой жалуешься, он пишет какое-то представление следователю, а следователю все равно, что там прокурор написал, он как *вел следствие, так и вдет. Отпишется, что следователь – процессуально независимая фигура, которая сама определяет ход расследования. То есть получается, что эта штука бесконтрольна.

    Я сейчас осознанно не упомянул про суд, потому что эту систему вообще нужно реформировать. Но без политической воли здесь ничего не произойдет. Поэтому говорить о том, что суд какой-то что-то должен взять на контроль – никогда ничего суд под контроль не возьмет!

    Тему ложных показаний мы не раз поднимали на «ЗАКОНИИ». О том, что у нас наказание за заведомо ложные показания, в общем-то, несущественное. Какие-то 80 тысяч рублей за ложные показания, сопряженные с обвинением лица в совершении тяжкого преступления, за которое ему грозит тюрьма! *Это не имеет никакого сравнения с нормальными практиками, принятыми в Европах и Америках. Там, если обманешь суд, тебя просто сразу разорвут, прямо тут же, на месте! Посадят навсегда. Нельзя обманывать суд. А у нас – ну 80 тысяч рублей, ну до двух лет лишения свободы… Поэтому, конечно, следователь может свидетелю сказать: «Слушай, я тебя сейчас упеку на 20 лет. А если ты дашь ложные показания, что тебе грозит? Максимум 80 тысяч, ерунда какая». И, конечно, человек делает выбор между угрозой следователя на 20 лет и эфемерным наказанием.

    *

    *


    Дальше...
    Написал Маркарьян Рубен (Рубен Маркарьян) 09.06.2017 12:32
  • Ложные показания свидетеля – это не редкий случай в повседневной адвокатской практике, поскольку очень часто мы сталкиваемся со следствием заинтересованным, тенденциозным, которое преследует определенные и, скажу так, *далекие от законных цели. Начинают давить на свидетеля, намекать на то, что, мол, «мы сейчас у вас долги найдем, у вас отберут имущество», или угрозы здоровью, жизни появляются, всякое же бывает. Таких примеров полно, и, конечно, граждане, свидетели должны знать, как себя вести, чтобы нейтрализовать вот это негативное воздействие со стороны лиц, обличенных властью, имеющих должностные полномочия. Я вот полагаю, что все-таки определенная разъяснительная работа должна быть в таком случае.

    Закон предоставляет достаточные возможности гражданам в отстаивании своих прав. Они могут обратиться к адвокату за помощью, он им разъяснит, как действовать в этой ситуации. Существует прокурорский надзор, который должен следить за соблюдением законов. И в том числе за соблюдением законов со стороны следствия. Также имеются возможности и досудебного контроля, в ходе предварительного расследования можно обратиться и в суд. Подчеркну, гражданин, который не имеет юридических познаний, самостоятельно не сможет найти правильный способ защиты. Ему должен помочь адвокат.

    Случаи привлечения к уголовной ответственности за дачу ложных показаний все-таки имеют место, просто не так много их, но все равно это определенный фактор воздействия. А все-таки граждане, которые впервые оказываются у следователя, практики они не знают судебной. Но они все равно боятся дать ложные показания. И, в общем, я не видел много случаев, когда гражданин сам желает намеренно дать показания ложные. Чаще он может их дать под воздействием со стороны должностных лиц.
    *

    Закон позволяет свидетелю явиться на допрос вместе с адвокатом, и такая возможность есть, наверное, у всех, у кого хватает материальных *ресурсов. Если таких возможностей нет, можно просто узнать о своих правах перед походом к следователю у того же адвоката, он проконсультирует, как себя нужно вести. Потому что закон на стороне свидетеля в данном случае: он же может обжаловать действия следователя прокурору, руководителю следственного органа.

    Кстати, и следователь при всех своих полномочиях все равно чем-то ограничен. Когда он видит, что гражданин не знает своих прав, он может в таком случае все что угодно сотворить. Даже и не оказывать никакого воздействия. Следователь просто напишет показания так, как ему нужно, и просто мягко убедит свидетеля их подписать. А свидетель, не осведомлен о юридических терминах, он может недопонимать их значение, что может впоследствии сыграть ключевую роль в жизни конкретного человека, обвиняемого или подсудимого. А когда следователь сталкивается с грамотным, принципиальным, знающим свои права свидетелем, он забывает о возможности применения каких-то незаконных методов.

    *

    *

    *


    Дальше...
    Написал Гаспарян Нвер (Нвер Гаспарян) 09.06.2017 11:51
  • В России для нерадивых следователей в Уголовном кодексе есть статья «Незаконное привлечение к уголовной ответственности» и еще целый ряд. Дело в том, что задача следователя, который устанавливает доказательство в уголовном деле, собирать доказательства, а они у него списанные. Слова можно перенести на бумагу, и он должен стремиться сделать это таким образом, чтобы из этих бумаг сложилось целое уголовное дело, из которого видна доказанная вина того или иного лица.

    И нерадивые следователи понимают, что вот в их власти *доказать причастность лица к преступлению или не доказать, а все строится на показаниях свидетелей. И применяют психологический миф для того, чтобы убедить их в необходимости этих показаний.

    Если со временем в суде, во время судебного разбирательства, выясняется недостоверность, *лживость таких показаний, и те люди, которые их давали, могут быть привлечены к уголовной ответственности, как и следователь, который пользовался этими показаниями, за привлечение к даче показаний ненадлежащим образом.

    В России с недавних пор уголовная ответственность за это не очень высокая, а в цивилизованном мире, в Европе в том числе, незаконные методы ведения следствия караются серьезными тюремными сроками.


    Дальше...
    Написал Бородин Сергей (Сергей Бородин) 09.06.2017 11:16
  • Игорь Мацкевич Игорь Мацкевич

    Президент Союза криминалистов и криминологов, профессор кафедры уголовного права и криминологии Юридического факультета МГУ, доктор юридических наук.

    Эксперт