ПОКЕР ПО-ХАБАРОВСКИ

С тех пор, как в 2009 году азартные игры жестко ограничили правовыми методами и территориально, подпольные казино все равно лезут из всех щелей. Щелей городов и законов. Всегда ведь найдутся те, кто хочет азартно промотать деньги и те, кто азартно желает на этом заработать. Силовики об этом знают и ведут свою игру с внедрением, прослушками и иными оперативно-розыскными фишками. Но после рассказа радиослушателя, дозвонившегося в наш источник непридуманных и непарадных историй – программу «Де юре» на Радио Москвы, возник резонный вопрос: если мы всемерно боремся с подпольными казино и нарушениями закона, зачем пытаться посадить служителя закона, который как раз в этой борьбе и участвует? Почему правоохранитель, чьим желанием и оперативным заданием было пресечь незаконную азартную деятельность, сам стал казенным королем в игре, ставка в которой – его судьба и свобода?

Термин, употребляющийся в настоящей статье

По́кер (англ. poker) – карточная игра, цель которой выиграть ставки, собрав как можно более высокую покерную комбинацию или вынудив всех соперников прекратить участвовать в игре. Игра идет с полностью или частично закрытыми картами, поэтому покер считается игрой с неполной информацией. Обобщающими элементами всех разновидностей покера являются комбинации и наличие торговли в процессе игры.


С особым наслаждением

Следствие в обвинительном заключении рисует следующую картину. Гражданин Олег Мирошниченко, являясь начальником одного из отделений ОЭБиПК УМВД РФ по г. Хабаровску, как только в городе открылось заведение «Red & Black» сразу заявился туда, чтобы, цитата: «испытывая моральное удовольствие от игры, … участвовать в азартных играх с намерением получать доход от выигрышей». Со слов работников заведения следует, что, приходя в заведение, «Мирошниченко вел себя как обычный посетитель». Во время обыска, проведенного в рамках операции сотрудниками другой правоохранительной структуры, Олег Мирошниченко находился в заведении и никаких пояснений относительно своего нахождения там не дал. По мнению следствия, своими действиями Мирошниченко способствовал дальнейшему совершению экономического преступления владельцами подпольного казино, чем грубо попрал охраняемые законом интересы общества и совершил преступление, предусмотренное частью первой статьи 285 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями»).
Такая картина вырисовывается, если читать исключительно обвинительное заключение. Если посмотреть за его рамки, открывается совершенно иной вид.

Вид изнутри

Судебная практика показывает, что чаще всего владельцы заведений с игровыми автоматами отделываются штрафом. Но есть и те, кто, пользуясь, двусмысленностью норм законов, пытаются обойти запреты, изображая из себя «приличное заведение», где на деньги не играют. Первое из заведений подобного толка, открывшихся в Хабаровске, носило название «Вид». Мирошниченко по заданию руководства посетил его, присмотрелся к происходящему и по всей форме, в том числе документально, отчитался об этом.  Ознакомившись с установленными правилами «Вида», в которых было указано, что «выигрыш в виде денег, имущества, или имущественных прав получен быть не может», в ОЭБиПК Хабаровска все же засомневались в чистоте помыслов владельцев заведения. Олег Мирошниченко вместе со своим непосредственным руководством обсуждали неоднократно эту тему, еще раз обратились к статье 4 Федерального закона «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр…», согласно которой выигрышем является получение денег, а не услуг в виде коктейлей, танцев и массажа, как это было в «Виде». Обсудил Мирошниченко полученные сведения и возникшие у отдела сомнения с сотрудниками Следственного комитета. В итоге было решено все же попытаться найти схему документирования и вывода выигрыша в виде денег. Что-то с этим заведением было нечисто – верно почувствовали правоохранители.   

Вне игры

ОЭБиПК по г. Хабаровску были проведены проверки данного заведения (не с участием Мирошниченко – его отдел в тот период занимался делом о незаконном обороте алкогольной продукции). По результатам проверок ничего криминального обнаружено не было. Через некоторое время у отдела появилась информация об открытии второго заведения в городе данной «серии» – «Red & Black». Сотрудник отдела посетил заведение, произвел «контрольную закупку», и вот что привлекло внимание правоохранителей: в «красно-черном» в отличие от «Вида» нельзя было обменять жетоны, которые выдавались вместе с флаерами–билетами, на алкоголь и еду. Как же посетители получали выигрыш? Олег Мирошниченко заподозрил, что игра велась все-таки на деньги и обратился к руководителю с предложением проверить оба заведения. Был разработан план оперативно-розыскных мероприятий, который включал в себя наблюдение с фото- и видеофиксацией. Мирошниченко было поручено производить то же самое в «Red & Black».
Эта часть деятельности полицейских, в отличие от нудной канцелярской работы, хорошо знакома даже далекой от правоохранительной работы публике. О том, что такое внедрение и наблюдение, мы все хорошо помним еще со времен кинохитов прошлого – «Место встречи изменить нельзя» и «Семнадцать мгновений весны». Обстоятельства и участники разные, но для внедряемого смысл один – слиться с обстановкой, стать своим. Никакой оперативник в здравом уме не придет в подпольное казино и не скажет: «Здравствуйте, я из полиции, где у вас можно незаконно получить доход от выигрыша, не подскажите? Хочу в картишки переброситься». Или не усядется у барной стойки, поднимет воротник плаща, надвинет шляпу, развернет газету «Хабаровский правоохранитель» и через дырочку начнет вести наблюдение.  
Нет, Мирошниченко вел себя как положено в таких случаях, так, как это описано в обвинительном заключении: как обычный посетитель, играл в покер, вызывая доверие игроков в ожидании того момента, когда владельцы или посетители проколются и нечаянно выдадут схему денежного выигрыша. Кто ж тебе покажет все «трещинки», если ты не свой?

Торг в процессе игры

Обо всем этом, обвиненный именно в том, с чем он был намерен бороться, Олег Мирошниченко рассказал на судебном процессе. О том, что его нахождение в заведении было частью оперативно-розыскных мероприятий, и это подтверждено соответствующим приказом и другими документами. Это же следует из показаний и многочисленных допросов непосредственных руководителей Мирошниченко. Он не пояснил на месте причину своего нахождения в заведении на момент обыска чтобы не раскрывать себя и операцию в целом своего отдела.
Основа позиции обвинения заключается в том, что для установления незаконной игорной деятельности достаточно лишь получения материального выигрыша заведением, в котором проходят карточные игры, а то, что какой смысл играть в карточные игры, когда по правилам выиграть может всегда только лишь заведение – в расчет не берется, похоже. Как и нормы Федерального закона «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр…» в которых четко и более, чем ясно сказано, что «азартная игра – основанное на риске соглашение о выигрыше, заключенное двумя или несколькими участниками такого соглашения…». Исходя из позиции стороны обвинения, непонятно куда девать риск соглашения о выигрыше, когда на примере заведения «Red & Black», его нет, так как заведение всегда выигрывает. Непонятна позиция обвинения: на каком основании Мирошниченко – профессионал своего дела, как указанно в тексте обвинения, – обязан был так же извращенно понимать указанную норму федерального закона и броситься останавливать деятельность заведения. Поступи Мирошниченко так, как считает прокуратура, логично предположить, что в последующем иные компетентные органы дали бы свою оценку: а не являлась ли остановка деятельности заведения преждевременной и не нанесли ли действия Мирошниченко кому-либо вред? Как не крути одна дорога – СИЗО?          
Если отвлечься от обзора документов дела и просто порассуждать, интересные вопросы напрашиваются. Если уж Мирошниченко, как утверждает следствие, вкусив запретный плод, пристрастился к азартным играм настолько, что забыл о долге и чести, то почему бы ему было не застрять сразу в «Виде» – первом заведении? Ведь принципиальной разницы между ними не было, кроме одной – схемы получения выигрыша по жетонам, которая и насторожила правоохранителей. Но это так, размышления у судебного подъезда.
Что касается судебного закулисья, то в этой истории оно показало себя с очень неприглядной стороны. Помог туда заглянуть телефон, оставленный на пятиминутном перерыве с режимом включенной аудиозаписи. Мирошниченко специально ведет для себя запись заседаний, чтобы после, не дожидаясь получения ее из суда, анализировать аргументы обвинения и оперативно подготавливать пояснения своей позиции. А тут, когда поспешил на перерыв, забыл нажать кнопку «стоп».
И аппарат в режиме нон-стоп записал разговор судьи с прокурором. Точнее, говорила только судья: «Я застрелюсь от этого … (цензура), он вообще не понимает, что он делает? Он же уже сверху себя закопал. Раскопал туда, и теперь уже сверху засыпает. Скажи ты ему, Вань. Скажи: «Остановись, ты че творишь?»» Когда Мирошниченко прослушал этот фрагмент, понял, что на встрече с «Ваней» он должен быть во всеоружии и теперь уж точно не выключит запись. Прокурор не заставил себя ждать, при первом удобном случае подошел к Мирошниченко и долго ему растолковывал, что если он не изменит своего отношения «к содеянному», то ему (прокурору) придется просить назначить наказание в колонии общего режима, тогда как он мог бы просить колонию-поселение. А так, мол, вы только хуже себе делаете – нет явки с повинной, активного содействия следствию, поэтому все, что может вас спасти – это признание и раскаяние, пояснил обвиняемому в приватной беседе прокурор. (Обе записи имеются в распоряжении редакции).
Олег Мирошниченко, разумеется, такое «милостивое» предложение не принял, и продолжает настаивать на своей невиновности. Более того, предал огласке содержание записанных разговоров. После этого судья приняла-таки заявление об отводе. Теперь дело рассматривает другой судья.
Весьма показателен тот факт, что в ходе допроса приглашенных прокурором свидетелей, которые по идее должны были доказать вину подсудимого, они не подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного расследования, и рассказали о давлении со стороны следователя во время допросов и склонении к дачи нужных органу следствия показаний. И даже суд не смог их убедить остаться на старых показаниях, а таких набралось 11 свидетелей из 13.

Шоудаун

Мы недаром в начале статьи дали пояснение термина «покер». Уж больно тут все похоже: игроки попробовали и торг, и различные комбинации, и даже попытались раскрыть карты. Но «жетон», не тот, который принадлежит казино, а тот, который относится к полиции, непреклонен в утверждении своей невиновности, хотя его уже пытались напугать ужесточением наказания за несговорчивость. Какой-то прям неазартный полицейский оказался: не собирался размениваться на игры с следствием.
Что в данном деле представляется важным редакции «ЗАКОНИИ» как официальной площадки мониторинга правоприменения в соответствии с Соглашением с Минюстом РФ? Во-первых, тот вопрос, который был озвучен вначале: что в приоритете – борьба с незаконным игорным бизнесом вне игровых зон или посадка полицейских, которые эту борьбу ведут? Ведь посмотрят на историю Мирошниченко другие правоохранители и скажут: зачем нам рисковать, ходить на какие-то розыскные мероприятия? Во-вторых, нам интересно, как суд будет принимать решение на основании вышеизложенного?
Статистика оправдательных приговоров не в пользу полицейского, а возвращать дело прокурору, то есть «Ване», вроде как неудобно после года рассмотрения дела.
Но главное, это правоприменение статьи 285 УК в этой истории. Позиция обвинителя в процессе: майор Мирошниченко, будучи полицейским, должен был пресечь деятельность казино, а не получать там наслаждение от процесса игры (иными словами, прокурор не верит документам, что полицейский находился в оперативном наблюдении).
Но, если допустить позицию обвинения верной, то полицейский не находился на службе, а значит не мог злоупотребить своими служебными полномочиями. Ведь иначе, каждый полицейский, находясь дома с семьей и играя в детскую монополию, может быть обвинен в «злоупотреблении полномочиями».
Мы за свою долгую историю всякое повидали, но обвинительное заключение в стиле «эмоджи» с примерным содержанием «фу таким быть» видим впервые. Судье тут не позавидуешь. Поэтому мы еще вернемся к этому делу в публикациях, даже не сомневаемся.

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Обсуждение

  • С тех пор, как в 2009 году азартные игры жестко ограничили правовыми методами и территориально, подпольные казино все равно лезут из всех щелей. Щелей городов и законов. Всегда ведь найдутся те, кто хочет азартно промотать деньги и те, кто азартно желает на этом заработать. Силовики об этом знают и ведут свою игру с внедрением, прослушками и иными оперативно-розыскными фишками. Но после рассказа радиослушателя, дозвонившегося в наш источник непридуманных и непарадных историй – программу «Де юре» на Радио Москвы, возник резонный вопрос: если мы всемерно боремся с подпольными казино и нарушениями закона, зачем пытаться посадить служителя закона, который как раз в этой борьбе и участвует? Почему правоохранитель, чьим желанием и оперативным заданием было пресечь незаконную азартную деятельность, сам стал казенным королем в игре, ставка в которой – его судьба и свобода?

    Далее...
    Написал П. В. (аdmin) 04.06.2021 17:07