ЧТО ТАКОЕ ТЮРЬМА ДЛЯ ПРЕСТУПНИКА?

КАНАДА – Половину своей жизни Ален Жиру провел за решеткой. Сейчас ему 54 года, и он потихоньку открывает для себя жизнь на свободе, находясь в переходном центре – учреждении, предназначенном для реабилитации заключенных. Познакомьтесь с человеком, который утверждает, что «тюряга» изменила его.

Сегодня Ален отправил свое первое текстовое сообщение. Оно короткое, неуклюже напечатано на сенсорном экране и адресовано офицеру, занимающемуся его реабилитацией.

«Когда освобождаешься из тюрьмы, нужно все делать поэтапно. С этими новыми технологиями все изменилось», – поясняет он, неумело тыкая пальцем в свой новый смартфон.

«Люди должны нас судить за то, какими мы стали, а не какими мы были».

Ален Жиру, бывший заключенный

«Если бы вы знали, что можно было бы натворить с этими штуками в прошлые времена», – вздыхает Ален, ранее осуждавшийся за грабежи, побеги, нападения и несоблюдение условий содержания.

В течение семи месяцев этот 54-летний мужчина живет в переходном центре вместе с 34 другими заключенными, которые, как и он, стараются привыкнуть к жизни на свободе.

Но для Алена, который за решеткой провел 24 года, не всегда легко принять тот факт, что жизнь не стояла на месте, пока он кочевал из одной тюрьмы в другую.

«Мне 54 года, но иногда я чувствую себя 25-летним парнем. Я постарел, но, в то же время, остался молодым. Такой вот парадокс».

Конечно, многое изменилось с начала 2000 годов, времени, когда имя Алена не сходило со страниц газет, подробно рассказывавших о совершенных им преступлениях.

«Полиция схватила профессионального грабителя банков» – можно прочитать напечатанный жирными буквами заголовок статьи в пожелтевшей газете, которую бывший заключенный держит в руках.

«Это мама собирала все эти вырезки», – уточняет Ален.

Сам же бывший заключенный вовсе не желает быть «тюремной знаменитостью». Он четко заявляет: никакого гламура в тюремной жизни нет. И больше никогда он не вернется за решетку.

«Жизнь потеряна»
Тюремная «карьера» Алена была непростой. Несколько раз осужденный, несколько раз освобожденный условно-досрочно, он олицетворяет собой типичный профиль рецидивиста.

«Я попадал в тюрьму вовсе не потому, что тюремная жизнь мне нравится. Я туда попадал из-за своих похождений», – так отвечает он тем, кто описывает пенитенциарные учреждения как неплохие отели, в которых о преступниках заботятся за счет налогоплательщиков.

«Впервые в жизни я чувствую себя свободным».

Ален Жиру, бывший заключенный

«Я никогда не задавал себе вопрос, смогу ли прокормить сам себя, я просто жил в постоянном состоянии стресса, в ожидании каких-либо неприятностей, – говорит он. – В тюрьме нет ничего интересного, ты отрезан от всего».

Когда Ален узнал о том, что заключенных, якобы, кормят лучше, чем стариков в домах престарелых, он смеется.

«Прости, но мясо по-бургундски в нашем "кабаре" – это вовсе не то, что подают в ресторане. Тебе дают три-четыре кусочка мяса, два-три кусочка вареной моркови и немного водянистого соуса. Вот таким "мясом по-бургундски" нас там кормят».

Медленная реабилитация
Сегодня Ален может гулять по улицам города, хотя он и не совсем свободен, потому, что действие его последнего приговора закончится только в 2031 году.

А пока он в условиях полу-свободы продолжает участвовать в различных программах реинтеграции в общество. С помощью, конечно, наблюдающего за ним офицера службы пробации, и членов семьи.

«Переходный период – это определенный этап, ты не предоставлен сам себе, – поясняет он. – Если раньше ты почти не жил на свободе, годами был отрезан от внешнего мира, то, конечно, немного страшно».

Алену еще предстоит преодолеть множество препятствий: «завязать» с плохими парнями, найти работу, жилье… Но он уверен, что на этот раз у него все получится.

«Теперь я просыпаюсь утром в хорошем настроении, и спать ложусь в хорошем настроении. Даже в этом переходном центре я чувствую себя счастливым, хотя иногда мне бывает и нелегко».

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

На фото: Ален Жиру.

07.08.2018

Ясмин МЕХДИ, Radio-Canada