«СТЭНФОРДСКИЙ ТЮРЕМНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ» – 40 ЛЕТ ЛЖИ

Тибо Ле Тексье, ученый в области социальных наук, подробно проанализировал научную ценность этого знаменитого игрового моделирования, придуманного американским психологом.

Стэнфорд, западное побережье США, 1971 год. Филипп Зимбардо набирает около двадцати студентов для участия в тюремном эксперименте. Исполняющие роль охранников одеты в военизированную форму и темные очки. Заключенные с цепями на ногах – в блузы без нижнего белья. Профессор психологии становится директором тюрьмы на шесть дней, вплоть до прекращения проекта, ставшего известным как «Стэнфордский тюремный эксперимент».

Игровое моделирование, первоначально запланированное на две недели, было прекращено раньше срока. Несколько заключенных оказались в состоянии депрессии, а исполнявшие роли охранников стали применять унижающие и насильственные действия, постепенно превращаясь в настоящих мучителей. Все это не помешало профессору психологии с успехом распространить тезис, который, по его мнению, состоит в следующем: тюрьма – токсична и порождает дегуманизацию и насилие.

Многочисленные уловки и ложь
Потребовалось 43 года, чтобы ученый в области социальных наук Тибо Ле Тексье проник в архивы этого «образчика» американской психологии, неоднократно воспетого и в СМИ, и на киноэкране. На этот эксперимент ссылались и знаменитые социолог Энтони Гидденс и историк, исследователь Холокоста Кристофер Браунинг. Казалось, что выводы эксперимента подтверждаются поведением американских солдат в иракской тюрьме «Абу-Грейб» в 2004 году.

Если не знать всего, то описание эксперимента является весьма захватывающим чтением. Подведем итоги. Прежде всего, Зимбардо солгал несколько раз. Так называемые охранники вовсе не сами придумали правила поведения в импровизированной тюрьме. Они получили очень четкие и точные указания, несколько раз повторенные организаторами эксперимента. Затем, эксперимент предполагал целый ряд важных уловок. Все двадцать участников были набраны из числа исключительно студентов, а эксперимент был проведен всего лишь один раз и поэтому не может представлять никакой статистической ценности.

Милитаристский акт, а не научная работа
Наконец, и это основное обвинение, Зимбардо рассматривал лишь одну-единственную гипотезу, ту, которую он сам хотел продемонстрировать: влияние ситуации (в данном случае – лишение свободы) на индивидуальное поведение. Посредством подчинения участников двойному авторитету – научному (он же профессор) и административному (он же – директор импровизированной тюрьмы), Зимбардо создал ситуацию замешательства, «на полпути между вымыслом и реальностью», когда «настоящие аресты» происходят «по нелепым обвинениям».

В этом промежуточном состоянии охранникам предоставляется реальная возможность «создания всего, что можно, присущего этой патогенной, социальной среде». Другими словами, в США семидесятых годов, многие жители которых подвергали сомнению справедливость войны во Вьетнаме и ответственность институтов власти, Зимбардо, благодаря своему таланту отличного лектора, замаскировал «милитаристский акт» в научный результат.

«Работы по общественным наукам полны предрассудков»
Но интерес к работе Тибо Ле Тексье не ограничивается этим неоспоримым разоблачением. Он напоминает нам, что научная работа должна быть проверена практикой. Также как необходимо учитывать совокупность всех обстоятельств, личности участников, социальную среду, студенческое мировоззрение, образование и т.д. Полученный в результате Стэнфордского эксперимента опыт можно объяснить состоянием американского общества, общественной активностью самого Зимбардо, правилами этого конкретного университета, а также становлением социальной психологии, как науки.

Таким образом, утверждает Тибо Ле Тексье, в основе этого «поддельного эксперимента» лежит макиавеллистская стратегия, не признающая никакой морали. «Работы в области социальных наук, опубликованные как в 1918 году, так и в 2018, полны предрассудков», – пишет он, а затем приглашает к «критическому сопротивлению»: «Вместо того, чтобы кричать о различных манипуляциях, потому, что у ученых есть свои убеждения и карьерные планы, давайте позаботимся о том, чтобы они не обманывали сами себя и, соответственно, затем не обманывали нас всех».

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

На фото: во время Стэнфордского тюремного эксперимента; Филипп Зимбардо (2015).

20.03.2019

Беатрис БУНЬОЛЬ La Croix