Константин Услистый-Рыбченко. Точка зрения.

4 комментария Лудомания страшнее алкоголизма и наркомании

Статистику количества игроманов точно назвать не сможет никто, так как явление это по большей части скрытое. Считать только можно тех, кто обратился за помощью в клиники. Только в Московский Научно-практический центр наркологии Департамента здравоохранения Москвы в месяц обращается до двухсот человек. С учетом частных клиник эта цифра может достигать одной тысячи человек. При этом обращается к врачам, как правило, не более 10% от общего числа игроманов.
После открытия игровых зон эту проблему как бы вынесли за рамки общественного дискурса. Но за этот период ничего не поменялось: во-первых, существуют подпольные казино для тех, кто играют офлайн, а во-вторых, болезнь переформатировалась и ушла в соответствии с техническими изменениями жизни в онлайн. А это ставки на исход спортивных состязаний, киберспорт, и сами онлайн-казино. Дело в том, что даже в обычных компьютерных играх имеется элемент азартных игр: выбор сундучков и так далее. И поэтому возраст поступающих на лечение в клиники зачастую составляет 16-18 лет. Эти ребята уже деградируют, даже не начав толком жить.
Для помощи таким закоренелым уже лудоманам разработан серьезный реабилитационный курс длительностью 30 дней с нахождением в стационаре. Как правило, в нем нуждаются люди, находящиеся на 3-4 стадии болезни. Третья называется «враг», она же фаза активной зависимости, когда человек играет не для того, чтобы отыграться и вернуть деньги, а просто ради игры как таковой. Таким образом он бежит от реального мира проблем – финансовых, семейных, социальных, трудовых, и «ныряет» в измененную реальность азартной игры. Эта фаза характеризуется набором долгов, обращением к микрозаймам, в ней обращаются за помощью к врачам и психологам в первую очередь родственники. Процесс реабилитации очень сложно идет, потому, что игрок находится в фазе сопротивления и отрицания.
Четвертая же фаза называется «хозяин» в ней уже фиксируется безнадежность, игрок играет из-за отчаяния, человек «безвылазно» находится в игре и не важно уже, выигрывает он или проигрывает. Там, в игре, ему лучше, чем в реальности. В этой фазе у игроков приходит состояние дна: «Я так жить не могу, а по-другому как жить не знаю, поэтому лучше умереть». У игроков этой фазы большой процент суицидников или тех, кто думает о суициде. Лудомания – сложная болезнь, гораздо сложнее, чем алкоголизм и наркомания, где можно проследить причинно-следственную связь: есть алкоголь – есть разрушения, алкоголь отсутствует – началась фаза излечения. Это химическая зависимость, а вот в нехимической – лудомании, по-другому. Игра купируется, а само мышление игромана остается.
При этом надо понимать, что игроку нужна длительная психолого-терапевтическая поддержка, так как образовавшуюся «дыру» после ухода от игровой зависимости порой люди начинают заполнять алкоголем. Что приводит также к разрушенным судьбам и рано прерванным жизням в результате трагических случаев. Ведь игромания – это по сути погоня за эйфорией адреналинового всплеска. Как правило, лудоманы – люди, стремящиеся быть первыми, лидерами, победителями. Выигрыш дает ощущение всевластия, силы, могущества – вот за ним люди и гоняются и искоренить эту тягу очень сложно.         

28.05.2021
  • Константин Услистый-Рыбченко Константин Услистый-Рыбченко

    Психолог отделения реабилитации Московского Научно-практического центра наркологии Департамента здравоохранения г. Москвы

    Эксперт