Публичная речь понятнее и приятнее, когда излагается просто

Всеобщее избавление от засоряющего язык канцелярита, жаргонизмов и пониженной лексики начинается с избавления от языкового сора каждого человека в отдельности. С его уважительного отношения к словам и нормам языка. И дело не в длине языковых конструкций. Лев Толстой, как известно, писал предложениями размером с современную справку для администрации президента. Но в его предложениях видны смысл, образы и мысль автора.
Нет смысла ополчаться на профессиональные термины и пытаться их вымарать. Они несут значимую нагрузку. Большинство профессий обладает своими укоренившимися за многие десятилетия жаргонизмами, спецификой построения фраз и текстов, терминологией. Юристы в этом списке – не исключение. Их цель в том, чтобы каждое внедряемое понятие трактовалось максимально конкретно, без разночтений. Однако надо понимать, что в русском языке это практически невозможно: у нас очень яркий язык. Полстраницы яркого английского текста – это примерно страница «сухого» текста на русском.
Кроме того, страшны даже на сами канцеляризмы, а те действия, которые стоят за ними. Если вчитаться, видно, что в языке официальных документов очень часто используется пассивный страдательный залог: «уроки проводятся», «решения принимаются» и т.д. Кем, кто актор? Очень похоже на попытку снятия с себя ответственности. В разговорной речи мы ведь не говорим: «Мною прочитана книга». Мы употребляем глаголы в личной форме: «Я пошел», «Я сделал». Мало того, что это воспринимается проще, так это еще и означает принятие ответственности за свои действия. Очень засорил русский язык своего рода посев, плоды которого мы до сих пор пожинаем в виде большого количества англицизмов там, где абсолютно спокойно можно подобрать эквивалент или аналог в русском языке.
На самом деле, как говорится, все гениальное просто и плох тот профессор, который не может объяснить восьмилетнему ребенку, чем он занимается. Публичная речь гораздо понятнее и приятнее, когда мысль излагается просто. В этом плане стоит брать пример с президента Владимира Путина: с его словарного запаса, техники выстраивания предложений. Его речь, его ответы понятны всем. Те же, кто считают, что чем непонятнее, тем значимее и интереснее, ошибаются.  

18.11.2022

 в избранное

Добавление комментария

(Добавить через форум)
  • — —

Комментарии

  • Когда в 1799 году к власти во Франции пришел Наполеон, он велел подготовить Конституцию и при этом сказал: «Пишите кратко и неясно». Наши законодатели, кажется, следуют лишь второму из этих двух советов. Но стоит отметить, что не все российские законы непонятны гражданам. Законодательные акты есть разного порядка: кодифицированные, постатейные и т.д., и написаны они по-разному. Например, Семейный кодекс написан достаточно простым и четким языком. Существует юридико-правовая техника написания законов, но она не определяет содержательный уровень, она о том, как составлять закон: преамбулу, статьи, пункты, части.
    Примечательно, что чем выше и статуснее орган, принимающий различные нормативные акты, в том числе постановления пленума Верховного суда, постановления Конституционного суда, тем он пишет их более юридически грамотным, но и более заковыристым языком с латинской терминологией, которая простому гражданину неизвестна. Если раньше Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы были достаточно просты в понимании, то в новой редакции они это свойство утратили. Но как исполнять закон и защищать права, если никто не понимает, как правильно его толковать и применять. Это создает дополнительные проблемы и законодателям и правоприменителям, и, конечно, гражданам.
    Конечно, хочется, чтобы закон звучал: «Не влезай, убьет», чтобы было максимально понятно, чего нельзя делать и какие будут правовые последствия в случае нарушения норм. Чтобы он был четким, понятным и структурированным. Но то ли из-за того, что в России разучились писать такие законы, то ли из-за того, что в Госдуме или других структурах – субъектах законодательной инициативы не так много юристов, появляются документы с максимальным нагромождением терминов, сложных юридических конструкций. При этом в любом органе государственной власти, который занимается написанием законов, есть специальные структуры, которые проверяют нормативные акты на правильность их написания, возможные противоречия с другими нормами, правильное употребление терминов и так далее.
    Сложность языка законов приводит к тому, что их не все понимают. Вполне возможно, что законодатель подводит систему судопроизводства к тому, что без адвокатов граждане не смогут защитить свои права, как это происходит в США. Там без знания законов, прецедентов, правоприменительной практики в суд идти бесполезно. Но в Америке 10 адвокатов на 100 человек, а в России – на 100 000 всего один. Но если в России не предусмотрено обязательное бесплатное участие адвокатов в процессах и государство пишет непонятные законы, надо их либо комментировать, принимать постановления пленумов вышестоящих судов, публиковать обзоры судебной практики, нести это в широкие массы, чтобы люди понимали, как это применяется. В любом случае, язык законов, особенно с большим количеством нагромождений юридических конструкций, нужно упрощать.   


    Дальше...
    Написал Айвар Людмила (Людмила Айвар) 18.11.2022 11:04
  • Институт проблем правоприменения при Европейском университете проводил свое исследование сложности языка российских законов. Его результаты и аналитические записки к нему есть в свободном доступе, каждый желающий может с ними ознакомиться. Сотрудники проверяли лексическую и синтаксическую составляющую российских законов, а также судебных актов периода 2014-2017 годов. Вывод был сделан однозначный: читаемость правовых актов ухудшается. Что касается судебных актов, то к моменту исследования она уже снизилась и продолжает держаться на этом уровне без явных признаков дальнейшего ухудшения. Воздействие на правоприменение не было целью исследования, однако в отчете было отмечено, что удобочитаемость многие правоведы и лингвисты в своих монографиях и аналитических исследованиях напрямую связывают с увеличением времени на понимание актов, издержек правоприменения и количеством судебных ошибок.
    До уровня первого класса улучшать читаемость невозможно, но необходимо изыскивать баланс читаемости и юридической наполненности законов. Понятно, что количество слов в предложении невозможно уменьшить до нуля, но и более двухсот слов в предложении, как это иногда бывает в российском законодательстве, – это перебор. 


    Дальше...
    Написал Савельев Денис (Денис Савельев) 18.11.2022 11:00
  • Мария Большакова Мария Большакова

    Председатель комиссии по открытости власти, информационной политике и коммуникациям Общественной палаты Московской области, старший преподаватель Московского института психоанализа

    Эксперт