Экс-начальник южноуральского ГУФСИН осужден с сохранением звания

Экс-начальник южноуральского ГУФСИН Владимир Жидков осужден Челябинским областным судом на 5 лет условно за сокрытие факта издевательств над осужденными в колонии №1 г. Копейска.

Жидков сохранил звание и не лишен права занимать любые должности, в том числе руководящие. Также экс-глава получил право на выплату компенсации за время, прошедшее с момента отстранения его от должности до вступления приговора в силу, сообщил адвокат Игорь Шолохов.

Остальным 17 сотрудникам колонии, обвиняемым по делу об убийстве 4-х и избиении 8 заключенных в копейской колонии, суд назначил наказание в виде лишения свободы на срок от 4 лет условно и до 12 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

По словам адвоката, все осужденные сотрудники ГУФСИН не потеряли свои звания, но лишены права занимать должности оперативного работника и сотрудника отдела безопасности сроком на 2 года. Некоторые лишены права занимать руководящие должности в подразделениях ФСИН.

Как установило следствие, в мае 2008г. в г. Копейске в помещении транзитно-пересылочного пункта (ТПП) сотрудники колонии избили 12 осужденных. От побоев через некоторое время скончались Сергей Поляев, Анатолий Айваседа, Вячеслав Сахабаев и Евгений Мамуков. Глава ГУФСИН Владимир Жидков с начальником ИК №1 Вадимом Валеевым и рядом других сотрудников попытались скрыть преступление.

При вынесении приговора Владимиру Жидкову Челябинский областной суд учел то, что подсудимый страдает онкологическим заболеванием и не может проходить курс химиотерапии в тюремных условиях.

Кстати, на днях южноуральский омбудсмен предлагает освобождать из-под стражи некоторых осужденных с тяжелыми заболеваниями. Об этом уполномоченного по правам человека в Челябинской области Алексей Севастьянов пишет в своем блоге в связи с прецедентом в больнице Верхнеуральской тюрьмы.Тяжелый диагноз заключенного не был сочтен основанием для освобождения, хотя такая норма предусмотрена российским законодательством. После операции заключенный покончил жизнь самоубийством, не выдержав боли. Спасти его не удалось. Необходимо шире использовать практику освобождения заключенных с неизлечимыми заболеваниями, считает региональный омбудсмен.