Международные контракты: континентальное и общее право борются за долю рынка

В немецкой судебной системе происходят революционные изменения. На днях судебное заседание в Бонне велось не на немецком, а на английском языке. Дело касалось нескольких десятков тысяч евро, которые одна бельгийская фирма требовала взыскать с немецкого предприятия. 

Параграф 184 Закона ФРГ о судоустройстве гласит, что языком судопроизводства в Германии является немецкий. Процесс в Бонне стал тестированием реформы судопроизводства. Нескольким земельным судам в Рейнской области разрешили вести процессы на английском в виде пробы. По решению Федерального совета в скором времени по всей Германии судебный процесс, начиная с искового заявления и заканчивая решением суда, можно будет проводить на английском. 

При этом предметы споров будут касаться не соседских ссор или алиментов, что, как и раньше, будет обсуждаться на немецком языке, а разбирательств между компаниями на международном уровне. В последнее время такие компании все реже судятся в Германии и предпочитают вести разбирательство в США или Великобритании. И этому есть очевидная причина. 

Дело в том, что английский язык, без сомнения, становится языком глобализированной экономики. Иностранные партнеры немецких предприятий предпочитают общаться не на немецком, а на английском языке, даже если сами они родом из Гондураса или Боливии. Пока в немецких судах процессы будут вестись только на немецком языке, это будет являться серьезным минусом при выборе места разрешения спора. Немецким предприятиям и адвокатам придется переступить через языковой потриотизм и согласиться с новым порядком ведения судопроизводства. 

Федеральный совет намерен повернуть вспять поток интересных и экономически выгодных дел, уходящих в Штаты и Великобританию, и воспрепятствовать тому, чтобы немецкое право уходило с арены международного бизнеса в связи с доминированием английского языка. Данная реформа призвана поддержать предприятия страны. Чем чаще будет применяться немецкое право в международных спорах, тем больше преимуществ будут иметь немецкие фирмы у себя на родине, даже если производство придется вести на английском языке.  

Сама по себе идея прекрасна, однако, неясно, насколько она выполнима на практике. Слишком много спортных моментов. Например, смогут ли судьи вести заседание на иностранном языке, могут ли документы по делу на английском быть использованы в дальнейшем, найдется ли необходимое количество специалистов-юристов с достаточным уровнем знания английского. Более того, юридический язык напрямую связан с правовыми традициями страны, таким образом, юридический немецкий невозможно со стопроцентной точностью перевести на английский. 

В этой дискуссии речь идет не столько о языке, сколько о том, какое право начнет превалировать в международной торговле. В настоящий момент за доминирование борются две системы. Первая - это общее право, принятое в Великобритании и США, при котором судья опирается, прежде всего, на предыдущие решения суда, прецеденты, судебную практику. Вторая - континентальное право, которое в большей степени опирается на тексты законов. Между этими системами идет борьба за доли рынка, во многом схожая с конкурентной борьбой предприятий. 

Уже в течение нескольких лет защитники общего права ведут серьезную рекламную кампанию. Ассоциация адвокатов Англии и Уэльса заявляет, что их правовая система является самой лучшей и все международные контракты должны формулироваться согласно законодательству острова. Континент незамедлительно выступил с ответными мерами. При поддержке Министерства юстиции и Нотариальной палаты в Берлине был сформирован Союз немецкого права, выступающий за его эффективность и экономичность.

При опросе на тему «Насколько легко исполнимы договоры с юридической точки зрения в разных странах мира?» представители Всемирного банка 7 место отвели Германии, 8 – США, и только 23 – Великобритании. 

Министр юстиции ФРГ считает, что в данном споре речь идет скорее не о том, чтобы «экспортировать немецкое право», а чтобы привлечь интересных клиентов в немецкие юридические фирмы. Ведь процессы, касающиеся экономических споров, очень выгодны для адвокатов и судов. К примеру, при кассационном производстве с исковой стоимостью в 1 млн. евро примерно 25 тыся этой суммы уйдет на адвокатов и 18 тысяч на судебные издержки. 

То, что государство зарабатывает на дополнительных спорах по экономическим вопросам, является всем известной тайной. В проекте закона о введении английского языка в качестве языка судопроизводства на территории Германии заявляется: «Ожидаемые доходы от сборов должны, по крайней мере, покрыть дополнительные расходы». Таким образом, чем больше процессов будет рассматриваться вновь в немецких судах, тем больше доходов будет в их кассе. 

Еще важнее дополнительные процессы для самих немецких адвокатов. Конкурентная борьба в этой отрасли очень высока. Более 150 тысяч адвокатов, допущенных к адвокатской деятельности, отвечают за оборот средств в объеме 18 млрд. евро в год. То есть столько же, сколько строительный концерн Hochtief. Не удивительно, что Ассоциация немецких адвокатов безраздельно поддерживает реформу.

Перевод материала по заказу Информационно-правового портала "ЗАКОНИЯ" осуществлен переводчиком бюро переводов "ОНЛАЙН ПЕРЕВОД" - Сенниковой К. Г. Источник перевода: zeit.de