ТЮРЕМНАЯ РЕФОРМА В ЯПОНИИ: УПОР НА РЕАБИЛИТАЦИЮ

Впервые за более чем столетие Япония провела реформу своей тюремной системы, внедрив новые правила, акцентирующие внимание на реабилитации, а не на наказании, чтобы бороться с высокой повторной преступностью в стране.

Новая система, вступившая в силу в воскресенье, 1 июня, стала первой реформой пенитенциарных учреждений за 118 лет.

Поправка к Уголовному кодексу, принятая в 2022 году, устранила различие между лишением свободы с привлечением к труду и без. Это означает, что принудительный труд в тюрьмах больше не является обязательным, что высвобождает время для образовательных и реабилитационных программ, направленных на снижение уровня рецидивизма.

Ранее осужденные классифицировались преимущественно по риску повторного преступления — система, которая допускала, чтобы обычные рецидивисты, например магазинные воришки, рассматривались наравне с участниками организованной преступности.

На пресс-конференции министр юстиции Кейсуке Сузуки (на фото) заявил, что новая политика направлена на снижение повторной преступности и что подготовка к изменениям активно ведется в каждом исправительном учреждении.

«Ожидается, что внедрение (поправок к Уголовному кодексу) станет шагом вперед в деле предотвращения преступлений в Японии, и важно будет реализовывать инициативы, отражающие этот замысел», — сказал Сузуки.

«Мы будем и дальше прилагать усилия для более эффективного исправления, реабилитации и возвращения заключенных в общество с целью построения такого общества, в котором каждый гражданин сможет жить в безопасности».

Действующий закон теперь определяет лишение свободы просто как «содержание в исправительном учреждении», при этом заключенным назначается либо «необходимая работа», либо «необходимое наставничество» с целью их реабилитации и исправления.

Причиной изменений стали устойчиво высокие показатели рецидивизма. Согласно отчету Министерства юстиции за 2023 год, уровень повторной преступности составил 47%, при этом рецидивисты составляли около половины всех арестованных за последние годы.

При прежней системе, основанной на труде, заключенные часто были перегружены обязательной работой, что оставляло недостаточно времени на мероприятия по исправлению.

Юко Сиота, представитель Центра прав заключенных, поддерживает изменения и хвалит министерство за признание необходимости реформ.

Новая система также предусматривает индивидуализированный подход, сочетающий работу и наставничество, исходя из особенностей заключенных, разделяя их на 24 группы по возрасту, биографии и личным потребностям.

Среди программ — «Ежедневный уход — пожилые» для заключенных старше 70 лет с деменцией и «Восстановление после зависимости» для наркозависимых. Есть также программы для молодых людей от 20 до 26 лет и тех, кто отбывает срок более 10 лет.

Условия содержания пожилых заключенных будут сосредоточены на поддержании их физической и когнитивной активности, в то время как молодые смогут участвовать в образовательных программах для возвращения к учебе после освобождения.

По словам Сиоты, некоторые группы, например активисты за права людей с инвалидностью, считают такую категоризацию дискриминационной.

«Некоторые утверждают, что, поскольку люди с инвалидностью живут в разнообразном обществе, важно, чтобы общество видело и взаимодействовало с ними, иначе неизбежно появится дискриминация», — сказала она, добавив, что это разумное замечание.

Тем не менее, Сиота признала, что в условиях тюрем ситуация иная.

«Когда люди находятся вместе, те, у кого есть инвалидность, часто двигаются медленнее и с трудом справляются с различными заданиями. В результате их часто подвергали травле или наказанию», — сказала она. Поэтому, по ее мнению, разумно выделить таких заключенных в отдельную категорию, чтобы предотвратить дальнейшую дискриминацию.

Сиота также выразила обеспокоенность тем, что на сотрудников тюрем может лечь серьезная нагрузка из-за новых обязанностей.

«Если взглянуть на официальные документы, там часто пишут что-то вроде "понимание психологического состояния заключенного" или "реагирование в соответствии с индивидуальными особенностями заключенного", но даже профессиональные психологи считают такую работу трудной», — сказала она.

«Ожидать от сотрудников тюрем, что они справятся с этим, — это действительно тяжелое бремя».
Тем не менее, Сиота отметила, что пока рано судить о том, как пройдут изменения, но в целом это положительный шаг, который приветствуют многие защитники прав заключенных.

«Я подумываю дать рекомендации, когда соберу достаточно информации», — сказала она.

«Я уже получаю множество писем от людей в тюрьмах с просьбами о совете. Думаю, позже я получу письма с сообщениями вроде "все изменилось вот так" или "это началось", и тогда я подумаю над рекомендациями на основе этих писем».

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

13.06.2025

Карин КАНЕКО The Japan Times