Без права на защиту?

Короткая потасовка на перекрестке без трагических последствий обернулась для Дмитрия Савченко и Владимира Долматова  6,5 годами с отбыванием в колонии строгого режима. Давая отпор агрессивному нападению, друзья и предположить не могли, что сами будут признаны преступниками.
- Как случилось, что обороняющиеся превратились в нападавших?
- Почему на оживленной улице происшествие видел только один свидетель?
- С каких пор видеозаписи перестали быть объективными доказательствами?

Наша жизнь – непредсказуемая, а порой жестокая. Никто и никогда не сможет дать гарантию, что мы не окажемся в ситуации, когда нам придется защищать свою жизнь и здоровье или родных нам людей от преступных посягательств. По законодательству мы имеем право защищаться любыми способами. Но это же законодательство строго ограничивает наше право пресловутым «превышением пределов необходимой самообороны».  Оно говорит, что обороняющийся должен так рассчитывать свою силу, чтобы не причинить нападающему несоразмерного вреда. Но как ее, эту силу, соизмерить, тем более, когда счет идет на доли секунды? Точного ответа на этот вопрос нет, и в каждом конкретном случае решение принимает суд.
Статистика говорит, что в пользу обороняющихся завершаются в лучшем случае два из десяти судебных разбирательств. И это в московском регионе. Чем дальше от центра, тем этот процент ниже. К слову, в  Европе количество оправдательных приговоров по необходимой самообороне в среднем составляет 25%.
«ЗАКОНИЯ» представляет еще одну историю, которая в очередной раз доказывает горькую истину: защищать себя в условиях даже агрессивного нападения зачастую себе дороже. Ее обсуждение состоялась на очередном заседании Правового клуба "ЗАКОН и Я" в Торговом доме Библио-Глобус по теме: «Что опаснее для общества: нападение или оборона?». Ведущий клуба, Рубен Маркарьян вместе с экспертами рассмотрел несколько примеров из судебных практик, когда пострадавшие становились обвиняемыми. Как и для сотен других людей, попавших в жернова нюансов законодательства и особенностей судебной системы, эта история начиналась вполне безобидно, и ничто не предвещало беды.

Шли по улице два товарища

Автомобиль Самарина на разметке совершает наезд на
пешехода Долматова

Самарин, выскочив из автомобиля, нападает на второго
пешехода Дмитрия Савченко...

Это был обычный февральский будний день. Вечерняя Москва жила своей жизнью, люди направлялись по своим делам: кто домой после трудового дня, кто прогуляться, кто поразвлечься. Москвичи Владимир Долматов и Дмитрий Савченко, как и десятки других прохожих, шли по улице Ильинка. Коллеги, работавшие в ГУМе, возвращались с работы, один в метро, другой на автостоянку. Это был их привычный маршрут. На следующий день у Дмитрия был день рождения. Коллеги  подошли к пешеходному переходу на пересечении с Большим Черкасским переулком и спокойно начали переходить дорогу. Спокойно, потому, что знали, что по всем правилам автомобили должны пропустить пешеходов.Водитель автомобиля «Хендай Солярис» Дмитрий Самарин почему-то в тот день и час был с этим не согласен. Он заехал на разметку и толкнул бампером Владимира Долматова так, что тому пришлось опереться руками на капот. Коллеги сделали замечание водителю, и пошли дальше. Управлявший автомобилем Самарин счел такое отношение к себе возмутительным и выдал в адрес «помешавших» ему пешеходов нецензурную брань. Тут уже возмутился Дмитрий Савченко, подбежав, к автомобилю, пнул его ногой и возвратился к стоявшему около тротуара Долматову. Такую неслыханную дерзость водитель Самарин совсем стерпеть не смог, схватил металлическую биту, которую потом назовут фонариком «DeMotivator» (с утяжеленной передней частью с рифленой ручкой) и побежал к ним. 

Бита-фонарь «DeMotivator»

...и следующим ударом сбивает с ног Долматова
Крепкий и рослый автовладелец с ноги сначала уложил на асфальт оскорбившего его машину Савченко, а затем, предварительно ударив битой, и Долматова. Пока один из пешеходов – Савченко находился «в партере», между Долматовым и Самариным завязалась драка. Несмотря на то, что первый был явно слабее второго, Долматов все-таки ухитрился отобрать железную биту из рук нападавшего автовладельца, начал ею отмахиваться и кричать «уйди». Но Самарин и не думал отступать и агрессивно, с кулаками надвигался на Долматова. Справедливость таки настигла не в меру агрессивного водителя в виде удара собственной битой, которой, обороняясь, размахивал Долматов. От удара Самарин упал на асфальт и на короткое время потерял сознание. Владимир Долматов оттащил Савченко от лежащего Самарина, и они продолжили свой путь.

Долматов пытается отобрать биту у автовладельца...
... и от удара Самарина падает на асфальт
Обернулась эта потасовка для коллег ни много ни мало, лишением свободы сроком 6,5 лет, с отбыванием в колонии строгого режима за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ. Вспыльчивый водитель в версии следствия остался лишь потерпевшим. 
 

Видеозаписи не горят

Все события того злополучного дня запечатлели и камеры наружного наблюдения, расположенные на здании Министерства финансов РФ, и свидетельница происшествия В. Тимошкова на свой телефон. Вот эти записи:

Видеозаписи, как известно, считаются наиболее объективными данными в ряду других имеющихся доказательств. Наверное, поэтому, как раз с ними и начали происходить чудеса еще на стадии предварительного следствия по уголовному делу.
Видео с камер наружного наблюдения было в отделении милиции уже через 20 минут после происшествия. Следователь исследовал представленные записи.
Как отметил адвокат Владимира Долматова В.А. Бушуев, просмотрел их  следователь очень специфично: без понятых и привлечения специалистов и экспертов. При этом он использовал различные устройства, применение которых требует специальные познания в области техники, т.е. выступил в роли специалиста и следователя одновременно.
Такое наслоение, скорее всего, и не позволило ему что-либо увидеть на записях камер наружного наблюдения. Он счел, что они «плохого качества». В дальнейшем, в суде уже фигурировала только видеозапись с телефона Тимошковой, единственной свидетельницы, опрошенной в суде. Запечатленные события на видеозаписи следствие интерпретировало весьма оригинально. 
«Савченко Д.М. своими руками обхватил плечи Самарина Д.С.и стал его удерживать, а в это время Долматов В.А., видя, что действия потерпевшего скованы, подошел к Самарину Д.С. и нанес ему металлическим фонарем в виде биты, используемым Долматовым В.А. в качестве оружия,  три удара в область головы, отчего потерпевший упал на землю, ударился головой об асфальт и потерял сознание, после чего Савченко Д.М. кулаком правой руки нанес не менее одного удара в область головы лежащего на земле потерпевшего…»
Судья от себя добавил: три. Три раза, оказывается, ударил Долматов Самарина. Заодно судья переписал обвинительное заключение, и включил в приговор обстоятельства, которые  в нем отсутствовали: алкогольное опьянение обвиняемых и сквернословие.
Возвращаясь к видео, кто-то видел там, как Савченко «обнимал за плечи» Самарина, а Долматов наносил удары? Нет? Вот и мы тоже. А следствие увидело.
В кадре же происходит другое: на коленях стоит Дмитрий Савченко, Долматов размахивает битой перед Самариным, тот начинает с исходной боевой стойки агрессивно двигаться на Долматова, пытаясь руками дотянуться до его лица, и в итоге получает-таки от последнего ОДИН удар, после которого падает на асфальт. И получает следующие телесные повреждения:

Адвокат, бывший следователь по особо важным делам, Станислав Лагойко так прокомментировал увиденное: «На записи хорошо видно, что Самарин наступает на Долматова, а тот, обороняясь и отступая, дважды размахивает фонариком в разные стороны, не доставая до потерпевшего и лишь на третий раз попадает тому по голове, после чего потерпевший сразу падает лицом на асфальт. Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что каких-либо иных телесных повреждений, кроме черепно-лицевой травмы, у Дмитрия Самарина зафиксировано не было. По своей локализации данные повреждения имеют признаки общего травматического воздействия и могли наступить одномоментно от однократного ударного воздействия тупого предмета с относительно ограниченной контактной поверхностью».
Этой же точки зрения придерживается и специалист, которого защита привлекла для изучения видео. Судебно-медицинский эксперт Г.В. Черепенько заявил, что по имеющимся данным высказаться об индивидуальных свойствах травмирующего предмета не представляется возможным. Во всяком случае, по мнению эксперта, для таких повреждений достаточно однократного удара, а не трех, к тому же так и не было установлено, от чего образовалась травма: либо от падения и удара головой об асфальт, либо от другого травмирующего воздействия.
Как рассказала нам мама Дмитрия Савченко, Людмила Михайловна, когда она прочитала диагноз потерпевшего, первый вопрос был: он жив? У нее, медика по образованию, в сознании перечисленные повреждения были несовместимы с жизнью. Но, как выяснилось, потерпевший был очень даже жив, в реанимации он пробыл всего три часа, необходимых для проведения обследований  и был переведен в отделение нейрохирургии. Уже в час ночи с ним общалась адвокат.

Много вопросов, ответ один

Кроме эквилибристики с видео и вольной трактовки увиденного, в этом деле еще масса вопросов. Например, почему следователь и судья в упор не увидели того, что потерпевший Самарин первым напал на Савченко и Долматова, причинив им телесные повреждения, и полностью проигнорировали это? Почему не сделана экспертиза Долматову, рука которого пострадала от этого нападения в результате обороны? Ведь признание в действиях Самарина насилия в корне поменяло бы трактовку дела.
Уголовно-процессуальный кодекс определяет, что для установления вины в приговоре необходимо указывать обстоятельства, предшествующие совершению преступления, поскольку они подлежат обязательному доказыванию. Однако суд почему-то предпочел видеть картинку произошедшего исключительно в рамках фрагмента видео с телефона «единственной» свидетельницы. На улице, как мы видели, в этот момент находились десятки людей, на записи с телефона видно, что снимала потасовку не только свидетель Тимошкова. Почему такая избирательность? Чем следствию и суду не угодило видео с камер наружного наблюдения? Может тем, что оно не подтверждало, а опровергало их выводы и суждения?
Кроме того, из заключения судебно-медицинского эксперта следует, что тяжкий вред здоровью потерпевшему причинил только перелом верхней стенки глазницы. Остальные повреждения согласно медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, не образуют опасности для жизни, а относятся к средней или небольшой степени тяжести. А ведь точное прочтение этого момента напрямую влияет на уголовно-правовую квалификацию. Защитнику, кстати, в ходе следствия так и не разрешили ознакомиться с медицинской картой и результатами компьютерной томографии потерпевшего.
Есть известное изречение А.П. Чехова: «Если в начале пьесы на сцене висит ружье, то в третьем акте оно должно выстрелить». В этой сплошь вывернутой наизнанку истории, ружье, то бишь фонарик-бита, принадлежало вовсе не осужденным, которые, якобы, собрались нанести умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, а потерпевшему. Это он возил полукилограммовый «фонарик» с собой в машине. Это он первым совершил с ним нападение на Савченко и Долматова. Уже потом Долматов отобрал железную дубинку у Самарина и оборонялся ею. Другого мотива, кроме как необходимой обороны для нанесения удара у Долматова не было. Он, как и его коллега, не были знакомы с потерпевшим до этого. Но этот важный момент, как и неугодное видео, остались далеко за рамками судебного разбирательства. 
Ну и под занавес, еще один вопрос, оставшийся без ответа в этой истории. Видеозаписей на самом деле было четыре. Еще одна велась видеорегистратором автомобиля «Хендай Солярис». В ходе следствия он был осмотрен, видеорегистратор был изъят. Запись после этого чудесным образом исчезла. Почему? Видимо тоже чему-то противоречила. Очень похоже, что многострадальной истине.
К слову, записи камер видеонаблюдения родственники осужденных сумели получить только дней через десять после случившегося. Увидев запечатленное там, они очень обрадовались. Ведь оно полностью подтверждало правоту Долматова и Савченко. Подтверждало для родственников и экспертов. Но не для суда. 

Сегодня

С момента описываемых событий прошел год. Владимир Долматов и Дмитрий Савченко с августа 2017 года отбывают наказание в виде 6,5 лет, с отбыванием в колонии строгого режима по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, из хулиганских побуждений, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц.
Как рассказали нам родители осужденных, даже в колонии строгого режима, где они содержатся, очень удивились такому строгому приговору. Их спрашивали: вы что, его убили, или он стал инвалидом?
Суд апелляционной инстанции, отказав в привлечении специалиста, давшего заключение по видеотехническому исследованию видеозаписей и их проверки, оставил приговор Тверского суда города Москвы без изменения. Адвокаты готовят кассационную жалобу, в которой просят отменить решение суда и направить дело на новое судебное рассмотрение.
 

Кто ударил сильнее, тот не прав

Участники заседания Правового клуба "ЗАКОН и Я", подробно разобрали в деталях этот случай. Их мнение было единогласным и диаметрально расходилось с решением суда. Естественно, при обсуждении, рефреном звучал самый главный вопрос: почему так потупили следствие и суд? Почему в процессе следствия и рассмотрения дела была допущена такая однобокость?
На этот вопрос дал ответ доктор юридических наук, профессор Виктор Григорьев. По его мнению, особенность и трагедия всех подобных случаев заключается в том, что из всей ткани события выбирается маленький кусочек: момент нанесения удара тому, кто оказался поверженным. И именно на этом основании все остальное игнорируется. Хотя в материалах уголовных дел есть полная картина событий, за исключением, может быть, некоторых нюансов. 
Григорьев считает, что истоки такого подхода кроются в действующем законодательстве. «Мы сегодня руководствуемся УПК, который был принят в 2001 году, до этого действовал Уголовный кодекс РСФСР 1960 года. У них есть одно кардинальное отличие. По советскому кодексу следователь и суд были обязаны  выяснить все обстоятельства происшедшего. По ныне существующему они не только не обязаны, более того, если они это сделают, то нарушат предписание закона: осуществлять уголовное преследование. У нас иногда говорят: не на осуд, а на рассуд. А сегодня действует именно осуд а не на рассуд», - сказал Виктор Николаевич.

Правоприменительная практика по ст. 37 УК давно стала объектом обоснованных нареканий со стороны гражданского общества и профессиональных юристов. Неудивительно, ведь зачастую судебные решения идут вразрез с законами и обычной, человеческой логикой, под страхом лишения свободы лишают человека права защищать свою жизнь, поощряют хулиганов и дальше вести себя агрессивно. Ведь им ничего за это не будет. 

 
 
 

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Обсуждение

  • Короткая потасовка на перекрестке без трагических последствий обернулась для Дмитрия Савченко и Владимира Долматова 6,5 годами с отбыванием в колонии строгого режима. Давая отпор агрессивному нападению, друзья и предположить не могли, что сами будут признаны преступниками.
    - Как случилось, что обороняющиеся превратились в нападавших?
    - Почему на оживленной улице происшествие видел только один свидетель?
    - С каких пор видеозаписи перестали быть объективными доказательствами?

    Подробнее...
    Написал П. В. (аdmin) 27.02.2018 16:44
  • Люди взрослые и не понимали, что фонарем в голову бить нельзя?

    Статья 111 УК РФ - чистой воды + еще нужно читать протоколы допросов, что там успел осужденный наговорить против себя.
    Написал pravonsk 09.04.2018 05:42