22 ИЮНЯ 1627 ГОДА: ДЕНЬ, КОГДА ЛЮДОВИК XIII ПРИКАЗАЛ ОБЕЗГЛАВИТЬ ДВУХ ДУЭЛЯНТОВ

22 ИЮНЯ 1627 ГОДА: ДЕНЬ, КОГДА ЛЮДОВИК XIII ПРИКАЗАЛ ОБЕЗГЛАВИТЬ ДВУХ ДУЭЛЯНТОВ

В попытке остановить модные дуэли, приводящие к бессмысленной смерти молодых аристократов, король и кардинал Ришелье решают показательно наказать парочку дуэлянтов.

22 июня 1627 года огромная толпа собирается на Гревской площади, в самом центре Парижа. Сегодня парижанам предоставляется возможность посмотреть на два обезглавливания. И не кого попало! Приговоренные принадлежат к самому цвету французской знати: это 27-летний граф де Монморанси-Бутвиль и его кузен – 29-летний граф де Ромадек-де-Шапель. Какое же страшное преступление они совершили, что заслужили смерть? Оба дворянина дрались на дуэли, несмотря на запрет, объявленный королем и кардиналом Ришелье.

Действительно, они издали эдикт, согласно которому смерть грозит любому, кто решит драться на дуэли. Дело в том, что этот утонченный спорт, которым занимаются молодые люди, в конечном итоге убивает больше дворян, чем какая-нибудь война. Например, в период с 1589 по 1608 год дуэли унесли жизни более 8 000 человек. Только Бутвиль скрещивал шпагу 21 раз! Что касается списка побед его кузена де Шапеля, он точно неизвестен, но, по всей видимости, их у него не меньше, чем у Бутвиля. Ох уж этот Бутвиль – настоящая горячая голова. Свой первый поединок он провел в 1622 году в возрасте 22 лет против графа де Понжибо. С того самого времени достаточно было косого взгляда, чтобы он обнажил шпагу. Это настоящий наркотик. Понятное дело, ему совершенно не нравится королевский запрет. Уже дважды Парламент «лишал его привилегии дворянства», объявляя молодого графа «подлым, грубым и недостойным» человеком, приговорив его «быть повешенным и задушенным на виселице». Но до сих пор его высокое происхождение позволяло ему избежать приговора.

Увидимся на Королевской площади!
В 1627 году после очередной по счету дуэли, в которой участвовал де Бутвиль, король решает окончательно расправиться с непослушным и отправляет трех швейцарских гвардейцев с приказом арестовать графа. Вовремя предупрежденный, де Бутвиль бежит в Брюссель, где правящая эрцгерцогиня предоставляет ему убежище при условии, что он не будет драться на дуэли на территории Бельгии. Людовик XIII предупреждает графа больше не появляться ни при дворе, ни вообще в Париже. Это королевское послание приводит в ярость гордого де Бутвиля. «Скоро я буду драться на Королевской площади в Париже, несмотря на запрет».
Подходящий случай не заставляет себя долго ждать. В Брюсселе графа посещает с визитом маркиз де Беврон, явившийся отомстить за смерть своего родственника графа де Ториньи, убитого де Бутвилем в прошлом году. Двое мужчин готовятся к бою, но своевременно предупрежденная эрцгерцогиня делает все, чтобы помирить их и избежать дуэли. Они делают вид, что стали лучшими в мире друзьями, но на самом деле эта показная дружба нужна лишь затем, чтобы обмануть эрцгерцогиню. Они просто соглашаются отложить дуэль и договариваются встретиться на Королевской площади в Париже (сегодня это площадь Вогезов). Бутвиль очень доволен: он рад продемонстрировать, что не боится ни короля, ни кардинала.
И вот, 12 мая 1627 года Бутвиль в 2 часа дня появляется на Королевской площади в сопровождении двух секундантов: графа де Шапель и его оруженосца г-на де Ла Берта. Маркиз де Беврон уже их ожидает в компании своих секундантов – смертельно больного Бюсси д'Амбуаза (своего пасынка) и своего оруженосца Шоке. Появляются еще четверо свидетелей, желающих стать участниками этой дуэли. Они также явились, чтобы скрестить шпаги. Защищайтесь! Перед ошарашенными прохожими шестеро мужчин яростно дерутся на шпагах. Кроме шпаг, у каждого из них есть и кинжал. Жестокое сражение. Прохожие задаются вопросом, кто эти сумасшедшие, бросившие в самый разгар дня вызов эдикту кардинала. Де Ла Берт, раненый Шоке, останавливает бой. Бюсси смертельно ранен де Шапелем. Бутвиль и маркиз де Беврон, слыша, что на место дуэли бегут гвардейцы кардинала, убирают шпаги в ножны.

Кровопускание дворянства
Маркизу де Беврону и его оруженосцу удается избежать ареста, укрывшись в Англии. Бутвиль и его кузен де Шапель по дороге в Лотарингию арестовываются. Привезенные в Париж они заключаются в Бастилию. Парламент тут же начинает судебный процесс. Несмотря на мольбы со стороны семей обоих дуэлянтов, король под давлением Ришелье отказывается проявить милосердие. Даже когда мать де Бутвиля лично бросается к его ногам. Государь, тем не менее, посылает ей письмо, в котором объясняет, что дуэлянты должны стать примером, чтобы положить конец кровопусканию в среде дворянства. «Ведь сколько представителей благородных и прекрасных домов погибло! И это достигло такого уровня, что самые знатные лица моего королевства могут драться на дуэли без какой-либо причины или основания. Эти беспорядки из-за отсутствия наказания дошли до крайности, что и заставляет меня действовать справедливо, и только Бог знает, насколько сильно я переживаю…», – пишет Людовик.

21 июня обоих кузенов допрашивают в Парламенте, но ни о каком аресте пока речи не идет. Что и дает им лучик надежды избежать эшафота. Ночью они спокойно спят. На следующее утро за Бутвилем приходит стражник, чтобы отвести его в часовню. «В часовню!» – сердится граф. «Да, месье», – отвечает стражник. Бутвиль начинает осознавать, что король таки его не помиловал. Стражник же, видимо, зная, что ждет графа, имеет наглость попросить, чтобы он снял с пальца и отдал ему дорогой перстень. Ну зачем он ему? Бутвиль отдает. Но когда другой стражник нахально просит отдать ему перчатки, граф демонстративно бросает их в окно. Его кузена де Шапеля также ведут в часовню, где оба брата молятся вместе с епископом Нанта и другими церковниками вплоть до 5 часов вечера. А вот и телега подъехала, чтобы отвезти их на Гревскую площадь. По пути палач подрезает обоим волосы. Когда он собирается у Бутвиля отрезать и усы, тот его останавливает. «Сын мой, – говорит ему епископ Нанта, – хватит уже думать о мирском. Что? Вы еще думаете о своих усах?»

Бутвиль первым слезает с телеги, становится на колени рядом с епископом, читающим «Хвала тебе, матерь божия», затем отказывается от повязки на глаза и кладет голову на деревянную плаху. Палач высоко поднимает топор и со всего размаха опускает его на шею несчастного. Голова отлетает с первого же удара. Услышав стук от падения головы, де Шапель, терпеливо ожидающий в телеге своей очереди, бормочет: «Кузена больше нет, Господи упокой его душу». Теперь уже он кладет голову на плаху и отправляется на поиски Бога. Семьи казненных забирают головы и тела, чтобы отвезти их в Ангулемский дворец, где их бальзамируют.

Послужило ли это двойное обезглавливание примером? Не особо, дуэли будут продолжаться еще долго.

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

22.06.2020

Фредерик ЛЕВИНО, Гвендолина ДОС САНТОС Le Point

 в избранное

Добавление комментария

Комментарии

  • Записей нет
ТЕМА НЕДЕЛИ Зарплата для домохозяйки
Депутаты от ЛДПР внесли в Госдуму законопроект о введении ежемесячных денежных пособий размере 1 МРОТ «лицам, занятым ведением домашнего хозяйства своей семьи». Под домашним хозяйством подразумеваются уборка дома, приготовление пищи, уход за детьми и...

Популярное
Новое