Адвокатура – не ремесло, а творчество!

Профессиональные знания и опыт адвокатов нужны не только для помощи тем, кто уже попал в беду или сам совершил неверный поступок, но и для предотвращения этого

– Рубен Валерьевич, в издательстве «Просвещение» в 2025 г. вышло написанное Вами пособие дополнительного школьного образования, посвященное изучению права через классическую литературу «Кто прав? Кто виноват? Уроки жизни на уроках права». Оно подготовлено на основе Вашего инновационного курса внеурочной деятельности для учащихся старших классов, отмеченного благодарностью Министра просвещения Российской Федерации Сергея Кравцова, – «Уроки жизни на уроках права через классику литературы». Почему, на Ваш взгляд, именно такой способ знакомства с правом подходит для старшеклассников?

– Старшеклассники – одна из наиболее интересных категорий учеников. С одной стороны, у них уже сформировался багаж теоретических знаний и практических навыков пребывания в коллективе и обществе. С другой – появляется желание не просто быть впитывающей губкой, но и реализовываться как личность, высказывать свои суждения, активно проявлять свое «я». Они лучше различают, что такое хорошо и что такое плохо, острее чувствуют несправедливость. Наша совместная с учителями школы № 1409 г. Москвы задумка состояла в том, чтобы сделать в выпускных классах упор на общих вопросах справедливости на базе классической литературы и основ философии.

В школе ведь преподают литературу, а вот право и философию – нет. А справедливость, хоть и синоним юстиции, но ведь не правовое понятие, а философское. Пришлось взять то, что преподается, но попытаться взглянуть на предмет под другим углом зрения. Так сформировался курс «Уроки жизни на уроках права через классику литературы» в юридическом профиле школы № 1409. Опыт оказался успешным: за последние четыре года количество учеников школы, желающих стать юристами, увеличилось в 13 раз. У нас лучшие ученики г. Москвы по профильному предмету, десятки призеров по праву Всероссийской олимпиады школьников, 23 медалиста-выпускника прошлого года, стопроцентная «поступаемость» в выбранные вузы, и школа вошла в ТОП-20 Москвы по праву. Что изменилось в процессе обучения? Практически ничего, просто ребята стали более мотивированы и, главное, поняли: юрист – это не про заучивание параграфов, а про справедливость.

На занятиях мы разбираем классические произведения на юридическую составляющую. Причем не только те, которые напрямую повествуют о судебных процессах, как, например, роман Льва Толстого «Воскресение», где он подробно рассказывает о присяжных, их обязанностях и ответственности, описывает допрос арестантов и т.д.

Курс дает возможность ребятам самим, уже имея некоторое представление об основах законодательства и принципах справедливости, погрузиться в анализ поступков героев таких произведений, как «Дубровский» или «Капитанская дочка» Пушкина, «Горе от ума» Грибоедова, «Мертвые души» Гоголя. И вдруг под углом непреложных этических норм выясняется, что «не все так однозначно», что принятые клише не всегда соответствуют действительности. Что не всегда вина, которую приписывают героям, имеет основание и доказана.

А с другой стороны, ребята учатся оценивать действия героев не просто с точки зрения моральных норм, но и давая им правовую квалификацию. Например, всем известно, что Чичиков – мошенник, но в чем конкретно его можно обвинить? В скупке «мертвых душ»? Ну так это один из признаков мошенничества, но достаточный ли для обвинения? Или Дубровский-младший, правда ли – Робин Гуд? Или Троекуров в самом деле подкупал судей? Где об этом у Пушкина сказано дословно? Или кто виновен в клевете на Чацкого? Точно ли Софья Павловна, когда говорила: «Мне кажется»?

Понятно, что это не одномоментное осознание, что ученикам надо «погрузиться в материал». Для этого в курсе, изложенном в пособии, предлагаются теоретическая и практическая части, большое внимание уделяется индивидуальной работе (смысловое чтение текстов художественных произведений, их анализ с точки зрения основ законодательства, работа со специализированной терминологией, подготовка устных и письменных материалов) и, конечно, групповой работе – уже зрелищной составляющей. Для закрепления материала проводятся «Суды справедливости».

Кстати, издательство «Просвещение», которое выпустило это пособие в свет, не просто отпечатало книжку под присмотром опытных методистов. Во-первых, они меня заставили (в хорошем смысле) привести наши идеи в формат Федерального государственного образовательного стандарта, а во-вторых, разместили у себя на сайте дидактический материал. В дополнение к пособию на бумаге можно скачать с сайта интерактивные презентации к урокам. Так что пособие дополнительного школьного образования издательства «Просвещение» – это для всей страны и на долгие годы. Надеюсь, через уже 10 лет мы встретим судей и прокуроров, кто учился по нему, а значит, они будут кожей чувствовать, что такое справедливость. И нам станет легче работать, коллеги!

– Как Вы считаете, у сегодняшних старшеклассников, собирающихся стать юристами, а также у студентов-юристов есть понимание справедливости, необходимое для этой профессии, и отличаются ли они чем-то от тех, кто учился 5, 10, 15 лет назад?

– Думаю, чувствование справедливости – вневременное и внепоколенческое. Оно общечеловеческое, естественное, включенное в нас на уровне «заводских настроек», необходимых для существования и развития общества. В хаосе 90-х годов прошлого столетия иногда казалось, что справедливость растоптана и потеряна, что право перешло на «кормление» и появилось такое чудовищное явление, как «решалы». Но камертон справедливости делал свое дело – собирал вокруг себя единомышленников, формировал объединения, в том числе адвокатские, выстраивал внутренние правила, когда внешние, казалось бы, рухнули.

В итоге хаос и правовой беспредел отступили. Мы теперь с полной уверенностью можем считать себя живущими в правовом государстве, можем, конечно, либо соглашаться, либо спорить до хрипоты о том, справедливо ли то или иное решение, но общий принцип верховенства права как проявление справедливости стал главенствующим. Вижу на практике, что нынешнее поколение более чутко в этом плане, чем предшествующие. Надо просто дать им «поднастроить» внутренний камертон на верные, чистые волны. Сформировать в реальности Homojuridicus – личность, о которой говорил французский ученый Жан Карбонье, действующую в рамках цивилизованных правоотношений и способную так управлять своими инстинктами и эмоциями, чтобы они никогда не выходили за рамки социально уважительного, законопослушного поведения.

– На Ваш взгляд, в каких видах правового просвещения участие адвокатов наиболее эффективно? Как бы Вы определили роль адвокатуры в правовом просвещении в целом?

– Выдающийся российский адвокат Федор Никифорович Плевако сказал: «За прокурором стоит закон, а за адвокатом – человек со своей судьбой, со своими чаяниями, и этот человек взбирается на адвоката, ищет у него защиты, и очень страшно поскользнуться с такой ношей». Поразительно точная оценка того факта, что адвокатура – наиболее ориентированная на гуманизм среди юридических профессий. Она способствует не только изысканиям истины и справедливости, но и поиску объяснений поступков человека, призыву по подобию библейского: «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень».

На этой доминанте и стоит делать, на мой взгляд, акцент при работе адвокатуры по правовому просвещению населения. Наша профессиональная деятельность заключается в помощи тем, кто уже попал в беду или сам совершил неверный поступок, но наши профессиональные знания и опыт очень нужны и для предотвращения этого. Правовые советы и рекомендации невероятно востребованы у населения – в этом я, как руководитель СМИ, непосредственно занимающегося мониторингом правоприменения, неоднократно убеждаюсь.

Правовой нигилизм предстоит преодолевать еще долго: слишком много правовых норм регулируют разные сферы жизни, людям они непонятны и далеки. Но чтобы ясно, просто и понятно изложить правовые истины, надо уметь их так формулировать. А это – особый вид искусства.

Что касается роли адвокатуры, то достаточно взглянуть в Федеральный закон «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» (далее – Закон о бесплатной помощи. – Прим. ред.). Я являюсь учредителем вместе с Российской и Ново-Нахичеванской Епархией армянской апостольской Церкви (ААЦ) и руководителем Центра бесплатной юридической помощи при Епархии уже более 12 лет (наш регистрационный номер в Минюсте России – 77/3, то есть теперь уже самый старый, получается, из негосударственных). Так вот, в Законе о бесплатной помощи ведь сказано не только о видах юридической помощи, но и о правовом просвещении – в статье 28. Так что задача адвокатов, в том числе – рассказывать «о порядке совершения гражданами юридически значимых действий и типичных юридических ошибках при совершении таких действий». Я лично это делаю и в ходе отдельных просветительских встреч с прихожанами в Храмовом комплексе ААЦ, и в рубрике «Имеем право» утреннего эфира телеканала НТВ по понедельникам и средам.

– Расскажите, пожалуйста, о Вашем пути в юридическую профессию и в адвокатуру.

– Начало моей трудовой деятельности формировалось под знаменами Советской армии – в соответствии с семейной традицией я выбрал офицерскую службу. Поступил вначале в Московское суворовское училище, а затем окончил Московское высшее общевойсковое командное училище (МВОКУ) в 1989 г. Когда Советский союз «закончился», я уже поступил в ВЮЗИ (Всесоюзный заочный юридический институт; в настоящее время – Московский государственный юридический университет им. О.Е. Кутафина (МГЮА). – Прим. ред.), а к 1996 г. окончил МГЮА.

Сложное время общения с «малиновыми пиджаками» на юридическом языке после армии встретил в бизнес-структуре рядовым юристом, майором запаса со специальностями «Боевое применение общевойсковых частей и подразделений» и «Юриспруденция». И тут новые знания пригодились не меньше, чем командные (только что приняли Гражданский кодекс, и бандитский бизнес-сленг туда не вписывался). Оказался, можно сказать, в нужном месте в нужное время, а главное – с нужными знаниями и навыками. Пришло понимание, что профессии очень похожи: в первой я защищаю Родину, во второй – конкретных людей. А адвокатура всегда манила независимостью: ни начальства, ни подчиненных, только сам и под свою ответственность. Одним словом, выбор был сделан в пользу юриспруденции, хотя в армии мне тоже нравилось, если честно.

– Вы лауреат Национальной премии в области адвокатской деятельности и адвокатуры в номинации «Золотое перо». За какие проекты она была вручена?

– Премия была вручена в 2021 г., как я для себя обозначил – авансом. Хотя формально, наверное, и за неплохую статистику: руководство ЭСМИ «ЗАКОНИЯ» (220 тысяч подписчиков, миллионы посетителей юридического форума, тысячи публикаций на правовые темы, десятки журналистских расследований на правовые темы и т.п.); совместный радиопроект ЭСМИ «ЗАКОНИЯ» и Радио Москвы «Де юре» (390 прямых эфиров на юридические темы); телепроекты НТВ «Суд присяжных» и «Окончательный вердикт» (почти 800 серий с моим участием, общий просмотр – более 2 миллиардов); видеопроект Федеральной палаты адвокатов «Наша Марка» (проект осуществлялся с февраля 2021 г. по июль 2023 г.; все выпуски размещены на официальном сайте ФПА РФ в разделе «Медиа». – Прим. ред.); серию опубликованных адвокатских романов с неплохим тиражом, популяризирующих профессию адвоката).

– Вы начинали свою карьеру писателя с книг на юридическую тематику, среди которых в том числе – учебное пособие для студентов и практикующих адвокатов о суде присяжных. Что послужило импульсом к созданию остросюжетных художественных произведений?

– Импульсом послужила как раз жгучая тоска по справедливости.Толстой сказал как-то: «Писать надо тогда, когда не можешь не писать». А так как адвокат связан Кодексом профессиональной этики, то писать можно не обо всех, не обо всем и не теми словами, которые хочется употребить. Приходится высказываться через образы. Так родились первые литературные образы, которые сформировались сначала в сказки для взрослых на телефоне в полете, когда нет связи, а потом получился сборник «Береги зубы, Вася». Ну а потом уже я замахнулся на роман, потому что роман – такое произведение, которое заставляет самого автора задумываться.

Писательство развивает тебя самого как человека, живущего в обществе. Оно, как и подготовка к лекции, дисциплинирует и заставляет перепроверять любую историю или информацию на реальность и правдивость: ты не имеешь права обмануть читателя. Выдавая знания, ты сначала должен их сам получить. То есть ты развиваешься сам, а процесс познания – есть обязанность каждого человека. В процессе такого саморазвития появился сперва роман «Ключевая фраза», где адвокат обнаруживает, что дело его подзащитной до мелочей совпадает с уголовным делом, в котором защитником выступил известный российский адвокат Сергей Аркадьевич Андреевский, друг Анатолия Кони. Находясь в коме, герой «оказывается» в том времени, где от Кони узнает о мистическом библейском артефакте, дающем власть над правосудием.

Во втором романе, «Кортик фон Шираха», к герою по одному из уголовных дел попадает орудие убийства – кортик лидера нацистской молодежи Германии Бальдура фон Шираха. За этим мистическим артефактом, способным изменить ход истории, охотятся тайное нацистское общество «Немецкий клинок», а также могущественные спецслужбы.

Третья книга, «Копье судьбы», – конспирологический детектив с элементами религиозного триллера. По сюжету средневековое немецкое тайное общество «Тайный суд» в нашидни охотится за Святым Копьем (Лонгина), чтобы использовать этот символ веры для прикрытия мирового заговора с целью «расчистить» землю для благоденствия «золотого миллиарда». Им противостоят два главных героя – адвокат Каховский (главный герой трилогии) и священник, а также Орден защитников Святого Копья, состоящий из мирян, людей разных возрастов, гражданства и профессий.

Вся трилогия, таким образом, популяризирует профессию адвоката, раскрывает проблемы, стоящие перед правосудием, знакомит читателей с реальными персонажами, оставившими значительный след в истории развития права, а также заставляет задуматься о главном принципе правосудия – справедливости.

– Помимо адвокатской, литературной, наставнической деятельности Вы принимаете участие в телевизионных проектах, посвященных суду присяжных, занимаетесь общественной, издательской работой. Как Вам удается совмещать такие глобальные направления?

– Не могу сказать, что все дается легко и просто. Вместе с тем адвокатская профессия – не ремесло, а творчество. Творческий процесс не требует усилий ремесленника, потому и трудно устать, отдыхая. Во всяком случае, так всегда отвечаю на вопрос «Как тывсе успеваешь?» – «А я ведь и не работаю».

Сделай работу своим хобби и увидишь, что ты не на работе. Плюс, видимо, наследственная тяга к саморазвитию и познанию пересиливает тягу к комфортности и конформизму. А если среди наваливающейся иногда усталости и намеков внутреннего голоса «А надо ли мне все это?» вдруг приходит письмо: «Рубен Валерьевич, я стал смотреть Вашу программу еще с бабушкой и дедушкой, а теперь мне 23, я окончил юридический и хочу стать адвокатом» – понимаю, что все не зря, что это важно. Что-то, что я делал на экране, подавая пример, – это такое мое существенное влияние на будущее, эффект бабочки, когда ты небольшими усилиями воздействуешь на часть системы для того, чтобы эту систему изменить. В такие моменты открывается и второе дыхание, и третье...

– Расскажите, пожалуйста, о телевизионных проектах, над которыми Вы ранее работали и работаете в настоящее время.

– Два наиболее крупных и продолжительных проекта телеканала НТВ – «Суд присяжных» и «Окончательный вердикт» – это целый пласт жизни, их сняли в общей сложности около 2000 серий, так что с повторами хватит на целый телеканал в течение пятилетки. Сейчас снимается проект НТВ «Имеем право» в утреннем эфире – это короткая рубрика, разъяснения правовых новелл и действующих норм. Но есть еще перспективные, например, на канале «Культура» уже вышло несколько выпусков в программе Филиппа Бегака «Правила жизни» о нашем опыте преподавания права для школьников через литературу. А сейчас – не хочу (и не имею права) раскрывать секретов – в развитие этой идеи обсуждаются несколько проектов, которые «цепляют» многие аудитории одновременно: взрослых и детей, любителей литературы и «Суда присяжных».

В обществе сформирован запрос на справедливость, люди не могут без конца смотреть новости о том, как есть на самом деле. Им нужно увидеть, как должно быть! Без примера общество превратится в стадо, ведомое инстинктами. А юрист – гуманитарий, это не про инстинкты, а про этику человека. В этой ситуации Федеральная палата адвокатов, например, тоже не отстает. Мощь нашего общего интеллекта выражается через цифровые технологии интернета, и вы скоро увидите грандиозные проекты. Но об этом уж точно ни слова не скажу сейчас. Простите, коллеги!