ПЕТЛЯ ДЛЯ ЧЕСТНОГО ПАРТНЕРА

(к вопросу поддержке гражданами госпрограммы по борьбе с коррупцией)

 

Ни в одном высоком кабинете госкорпорации или федерального агентства никто и никогда не будет спорить с крайне актуальным сегодня постулатом, что борьба с коррупцией «на местах»  – один из главных приоритетов в управлении страной. Но типичный начальник-коррупционер, призывая своих подчиненных к «открытому диалогу», как правило,  уверен, что в случае вскрытия любых неудобных для него и его окружения фактов он заставит замолчать и осведомителя, и всех «причастных».  В самом деле,  сообщить сегодня о коррупционных проявлениях на российском предприятии – почти наверняка означает отправиться на «досрочную пенсию», несмотря на обещания службы безопасности выписать премию за сигналы о взятках или воровстве топ-менеджмента. Если «в европах» честный сотрудник-осведомитель сразу попадает под действие национальной «программы защиты свидетелей», то в России он попадет разве что «под пресс». Но, тем не менее, и у нас появились принципиальные сотрудники, которые откликаются на призыв президента быть нетерпимыми к внутренней коррупции.


Далеко не многие работники горят желанием обнаружить «у себя дома» схемы вывода финансов из общего котла, а потом еще и демонстрируют необходимую компетенцию, чтобы их раскопать. Способных же заявить о подобных злоупотреблениях и вовсе единицы, говорит нам статистика Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), на позиции которого обязана опираться Россия, как страна-участник международной «Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней».

Однако, в отличие от ЕСПЧ, российские суды зачастую отказываются видеть истинную причину увольнения работника за формальными обоснованиями искушенных в «удобном» для начальства применении норм трудового законодательства корпоративных юристов. Сегодня эту практику либо подтвердит, либо изменит судебный процесс, связанный с громким коррупционным скандалом в крупнейшей аудиторской фирме, в результате которого «зачистили» не только руководителя одного из ключевых направлений в ранге партнера, но и всех его непосредственных подчиненных. Сотрудник, пытавшийся на протяжении нескольких лет привлечь внимание руководства своей и вышестоящих организаций к вопиющим практикам вывода прибыли за периметр бизнеса, был уволен cо стандартной и «вполне законной» с точки зрения Трудового кодекса формулировкой: сокращение штата.

«НЕ ПРОЩЕ ЛЬ, СУДАРЬ, ПРОМОЛЧАТЬ..?»

Глава направления корпоративных финансов по СНГ «Делойт» – одной  из компаний «большой четверки»  – Георгий (Егор) Попов отдал своей компании 14 лет верной службы. Возглавляя самое прибыльное направление в российском офисе, он наблюдал, как с середины «нулевых» «Делойт» сначала скатился по выручке во «второй эшелон» аудиторских компаний, а потом и вовсе стал нести убытки, едва сводя концы с концами на международных дотациях. Самым обидным было то, что остальные консалтинговые и аудиторские компании чувствовали себя относительно неплохо после кризиса 2008 года. Для непосвященных ситуация представлялась чередой невероятных бизнес-просчетов: если еще вчера на партнерской конференции «Делойт СНГ» готовилась стать «миллиардной» (в долларовом выражении) компанией, то сегодня партнеров довели до того, что каждый из них должен довнести в общий бюджет шестизначную сумму в тех же долларах.

Партнеры-активисты, одним из которых был Попов, надеялись, что ситуацию можно  поправить, залатав дыры, через которые утекала заработанная  коллективными усилиями прибыль. В бизнесе, где личный доход каждого партнера фактически привязан к результатам деятельности всей компании, подобный подход является неотъемлемой частью бизнес-модели.

Постепенно выявив основные каналы утечки финансов и набрав соответствующую фактуру, подтверждающую предположения о коррупционных злоупотреблениях со стороны топ-менеджмента «Делойта», неравнодушные сотрудники не бросились, однако, пороть горячку, ведь любое неосторожное раскрытие информации могло отразиться на престиже фирмы. Команда до последнего сохраняла лояльность и сдержанность в отношении своего работодателя, а все собранные материалы передавала исключительно по властной вертикали, пока не уперлась в глобальный офис. Началось служебное расследование, результаты которого оказались засекречены, а тем временем Совет директоров, 3 из 7 членов которого были объектами того самого расследования, принял решение об изгнании Попова из партнерства и увольнении его ближайших подчиненных…

Последний рубеж обороны – базовые интересы общества

Конституция РФ гарантирует любому гражданину свободу мысли и слова, равно как и право искать, производить, передавать и распространять информацию любым законным способом. Свобода выражения мнений также предусматривается и Конвенцией о Защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., ратифицированной Россией. Выходит,  право сбора и передачи информации у Попова и его подчиненных имелось. К тому же Россия, как и другие страны, подписавшие Европейскую социальную хартию, обязана признавать за работником право не быть уволенным без достаточных оснований, к которым не относится «подача жалобы на работодателя или участие в судебном иске против него, когда он обвиняется в нарушении законов или нормативных правовых актов, либо обращение в компетентные административные органы».

В случае с Егором Поповым его адвокаты полагают, что, несмотря на очевидную заинтересованность в раскрытии и устранении злоупотреблений коррупционной направленности на всех уровнях – от рядовых партнеров «Делойт» в СНГ до лидеров глобальной сети этой аудиторской компании, – в итоге возобладали мотивы мести и страха ответственности, которые затем были не слишком старательно заретушированы под «реорганизацию».

То, что «наверху» не смогли полностью проигнорировать переданную Поповым фактуру, подтверждается переездом в другую климатическую зону главного партнера по рискам и репутации в СНГ Пола Огдена. О роли этого американского смотрящего за репутацией «Делойт» мы расскажем отдельно, но именно он выступал главным техническим исполнителем «сокращения штата» восставшего департамента корпоративных финансов.

Можно ли говорить об общественном интересе в опубличивании собранной Поповым информации о возможных правонарушениях в группе «Делойт СНГ» или же все это исключительно «частный бизнес»? Существует ли связь между сбоями в системах корпоративного управления и риск-менеджмента с одной стороны и качеством оказываемых аудитором услуг с другой? Является ли случайным тот факт, что именно «Делойт» аудировал Пробизнесбанк, Инвестторгбанк, Траст и другие банки, санация которых в итоге обошлась российскому бюджету в десятки миллиардов рублей? Как указывает в одном из своих решений ЕСПЧ, общество в высшей степени заинтересовано в сохранении уверенности в общественных и государственных институтах.

Согласно  материалам судебного дела, Егор Попов на протяжении многих лет не допускал внешнего обнародования информации, чтобы не навредить деловой репутации своей фирмы. Переписка Попова с руководителями «Делойта» в СНГ, Великобритании и на глобальном уровне, подтверждает принципиальный подход его как профессионала к поиску и анализу точной и заслуживающей доверия информации. Многие сообщения касаются конкретных фактов и подтверждаются документально.

Какова была реакция коллектива «Делойта»? Коллеги иначе как акцией устрашения оценить ее не смогли. Согласно формулировке ЕСПЧ, это  называется «воздействием на других работников с побуждением их воздерживаться от жалоб» на ненадлежащие действия руководства и от сообщений о преступлениях коррупционной направленности.

Удивительным еще было то, что «побуждать к воздержанию» стали не каких-то дворников или уборщиц, а группу партнеров, многократно перевыполняющих целевые показатели, что в условиях кризиса удивительно вдвойне.


Увольнение «за правду» – дискриминация или «норма»?

Представитель  Егора Попова  юрист Ксения Печеник обращает внимание на то, что увольнение, не связанное с деловыми качествами истца, нарушает ст. 3 ТК РФ и является дискриминационным. Общие гарантии трудовых прав, включая право на защиту от произвольного и незаконного увольнения, также закреплены в ст. 2 Трудового кодекса РФ, устанавливающей принцип равенства прав и возможностей работников. А вот как, со слов Попова и его бывших подчиненных, все эти гарантии были на практике «интерпретированы» «Делойтом»  весной 2016 года:

• Блокируется электронная почта с последующими извинениями за «технический сбой». Чтобы продолжать работу во время «технического сбоя», сотрудники вынуждены копировать данные с рабочих компьютеров, что тут же подпадает под «кражу информации».

• Изымаются  рабочие компьютеры во время работы над проектами со сжатыми сроками («Объясняйте своим клиентам, как хотите, но показатели обеспечьте»)

• Ограничивается доступ в здание и перемещения по этажам («здесь не всем можно ходить»)

• Неожиданно меняются замки в личных кабинетах с изъятием личных вещей («случайно»)

• Выдаются откровенно  странные служебные задания с последующим подведением под увольнение по «статье» за их невыполнение

• Предлагается написать заявления «по собственному желанию» (опять же под угрозой увольнения «по статье»)

• Замораживаются выплаты заработной платы и отпускных, накопленных за многие годы работы без отпуска

• Реорганизуется штат департамента с перетасовкой старых сотрудников между «новыми» отделами  («Вот ваше новое руководство, кому нужны объяснения о реорганизации, пожалуйте в кабинет нового руководителя»)

• Изменяются правила одобрения отпусков и подписания договоров в качестве «особого подхода» к узкой группе лиц.

В довершение ко всему, Попов, придя на встречу с клиентом в родной офис, обнаружил, что ему раз и навсегда заблокирован доступ в офис («Отдыхайте, мы переживаем о вашем здоровье»). Личные вещи действительно были любезно упакованы в коробки и присланы на домашний адрес несколько месяцев спустя, при этом все наиболее ценное, включая личный архив, со слов Попова, бесследно исчезло.


СЕГОДНЯ:

16 февраля 2017 г. господин Попов обратился в столичный Тверской суд с уточненным иском к своему бывшему работодателю ЗАО «Делойт и Туш СНГ», в котором требует признать свое увольнение незаконным, восстановить его в должности партнера и взыскать с ответчика более 30 миллионов рублей.

Как поясняют адвокаты, Попов считает свое увольнение попыткой избавиться от сотрудника, вскрывшего внутри компании финансовые и иные преступления. Представители истца подали ходатайство о привлечении к судебному процессу третьего лица — материнской компании английской «Делойт СНГ Лимитед», откуда, по утверждению Попова, и поступали указания уволить его из российского «Делойта».

Недавно Минтруд РФ вышел с инициативой обеспечить законодательную защиту от незаконного увольнения сотрудников госструктур, вскрывающих коррупционные преступления. Наверное, аналогичная «броня» должна быть и у работников частного бизнеса, оказывающего услуги общественно значимого характера, прежде всего в финансовом секторе, куда безусловно относится тот же «Делойт». Помимо обеспечения равных трудовых прав, это еще и единственный способ бороться с коррупцией упреждающими методами, особенно там, где цена ошибки зашкаливает.

Отдельно взятый сотрудник против многомиллиардной корпорации в московском суде – это почти всегда иллюстрация поговорки «один в поле не воин». Главным сдерживающим фактором против попрания «всех и вся» остается репутационный ущерб, избежать которого по делам с явно выраженной «коррупционной составляющей» работодателю невозможно. Ведь репутация, ни много ни мало – залог будущего успеха, будь ты «командиром» небольшой фирмы, крупного холдинга или международной корпорации. При этом «сохранить лицо»  компании не просто, а очень просто: наладить честный диалог с подчиненными, непримиримыми к коррупции. В идеале, конечно, этой самой коррупции не допускать, тогда и диалог не потребуется.

P.S. В следующей публикации в рамках спецпроекта «ЗАКОНИИ» постараемся детально раскрыть внутреннюю кухню вывода средств из международного аудиторского «партнерства», пояснить, почему дают сбой многочисленные предохранители из числа риск-комитетов и панелей качества, и рассказать о принятых в компании методах контроля за сотрудниками, подсмотренных в «шпионских сериалах».
---------------------------

Из материалов из дела (объяснения истца):

Письмо, направленное в 2009г. генеральному директору ЗАО «Делойт и Туш СНГ» Дэвиду Пирсону с анализом вариантов аренды офиса и рисках негативных последствий для ЗАО «Делойт и Туш СНГ» в виде убытков, которые составят от 77 до 100 миллионов долларов США в течение десяти лет в случае заключения договора аренды офисных помещений в бизнес-центре «Белая площадь».

Меморандум, подготовленный в 2010г. для группы по финансовой проверке ЗАО «Делойт и Туш СНГ», проведенной «Делойт Великобритания», с анализом заключенного фирмой коррупционного договора аренды, обусловившего ее финансовую несостоятельность через 12 месяцев.

Аналитическая записка по практикам вывода средств из «Делойт СНГ». Подготовлена и последовательно представлена Г. Поповым на всех уровнях иерархии «Делойта» в СНГ, Великобритании, а также Глобальной организации «Делойт».


 

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Обсуждение


  • Цитата:

    Сообщение от Six Million Jews

    А тема-то реально злободневная - https://life.ru/t/%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8/976288/na_sdavshiegho_ministra_truda_astrakhanskoi_oblasti_zavieli_ugholovnoie_dielo



    Дело ясное, что дело темное. Там поди еще разберись, кто - свидетель, а кто преступник.
    Написал Riley Raven (Riley) 21.02.2017 14:27
  • Влезать наши правоохранительные органы готовы куда угодно, и, более того, они очень любят коммерсантов. Был бы только повод, они с удовольствием войдут и разберутся. Что уж говорить о ситуации, когда сотрудник сообщает о факте коррупции на своем предприятии. Вопрос, к чему это приведет. А приведет это к непосредственному увольнению того сотрудника, который всю эту ситуацию на свет божий вывел. В коммерции уволить человека в разы проще, чем на госпредприятии. Это вопрос лишь технический. И помочь как-то сохранить рабочее место ни юрист, ни кто-либо еще со стороны не сможет. Кто у нас защищает? Трудовая инспекция? Никакая заявка в трудовую инспекцию не приведет ни к чему, потому что хозяин компании или директор имеет право сократить эту должность, имеет право просто приказом уволить, и как-то что-то доказать практически невозможно.

    Могу вам рассказать свежий случай. Вчера ко мне обратилась женщина-заместитель генерального директора в крупной частной клинике. Туда пришел новый директор, и он меняет всю команду. Технически он ее отключил своими приказами от всех должностных обязанностей и уже поставил человека на другую должность, который исполняет по сути ее обязанности. И постепенно ей начинают урезать зарплату и не давать в принципе работать. После этого сделают три выговора и приказом уволят, классическая ситуация.

    Если мы возьмем пример запада, то как они делают? Там работают профсоюзы, причем и в частных компаниях. У каждого сектора, в зависимости от того, чем компания занимается, есть профсоюзные комитеты, которые защищают сотрудников. И в случае, если выявляются какие-либо нарушения внутри предприятия, профсоюзы встают на сторону защиты именно одного человека, а не компании в целом. И мы видим примеры, когда меняется решение не только внутри компании, когда человек сохраняет работу и в дальнейшем может найти себе работу. Профсоюзы в Европе меняют целые законы на основании заявления тех или иных граждан!


    Дальше...
    Написал Петропольский Алексей (Алексей Петропольский) 20.02.2017 17:08
  • На западе, особенно в Великобритании, в США давно принято законодательство и оно эффективно действует в отношении так называемых информаторов. У нас этот термин отягощен негативным значением, поэтому скорее всего и наши эксперты, которые работают над законопроектами, стараются такого рода терминов избегать. Но на западе статус людей, которые сообщают о коррупции, конечно, очень высок в том смысле, что они признаются обществом и государством как люди, делающие чрезвычайно важное и полезное для всех дело, поэтому уволить человека, сообщившего о коррупции, практически невозможно. Я знаю, что наши эксперты выезжали для знакомства с опытом этих стран, и они возвращались оттуда окрыленные. Действительно люди, которые хотят побороть такое зло как коррупция, сообщают о том, что факты коррупции ими были выявлены. И эти люди защищещы и уважаются другими людьми.

    Другое дело, у нас, как мне кажется, антикоррупционное законодательство уже получило достаточное развитие. Мне кажется, у нас необходимо правильное правоприменение. И вот, может быть, вместо того или паралелельно с тем, чтобы работать над дальнейшим улучшением, расширением законодательства, важно было бы все-таки добиваться эффективного правоприменения. Под правоприменением я понимаю то, что люди, сообщающие о коррупции, а они у нас есть, это достаточно большой слой людей, которые видят несправедливость, не соглашаются с ней и сообщают об этой несправедливости, были уважаемы. Сейчас их положение после того, как они вступили с могущественными, как правило, коррупционерами в противоборство, меняется только к худшему. Мне кажется, что у нас достаточно сегодня средств, чтобы тех, кто сообщает о коррупции, защитить.

    Мы с вами видим, что практически все министерства, ведомства, органы местного самоуправления имеют обратную связь, организуют горячие линии, -* пожалуйста, сообщайте о фактах коррупции. Другое дело, что в публичном пространстве какая-то другая информация. Люди ждут, что будут расследованы те факты, которые стали публичными, были обнародованы, но вместо какого-то логического продолжения этих расследований вдруг общество предъявляет других коррупционеров, которые были обнаружены уже не гражданами, а провоохранительными органами. Наши правоохранитеьные органы должны работать и выявлять этих людей, но то, что сами люди сообщают, также не должно оставаться без внимания.


    Дальше...
    Написал Иларионова Татьяна (Татьяна Иларионова) 20.02.2017 16:56
  • Мне как специалисту в области трудового права тема защиты сотрудника, сообщающего о правонарушениях его работодателя, очень актуальна и весьма болезненна. Дело в том, что* суды РФ отказываются принимать любую дискриминацию, каковой бы она не являлась. А те случаи, о которых мы говорим сегодня, это как раз прямая дискриминация, то есть преследование работника по каким-то иным обстоятельствам, не связанным с его деловыми качествами. Как правило, это преследование либо за разглашение, либо за сбор какой-то информации, которая неудобна работодателю. Что касается доказывания в судах, на сегодняшний момент это проблематично. Суды вообще неохотно принимают такого рода доводы со стороны работников, и зачастую со стороны судов проверяется лишь формальная законность оснований для применения той или иной статьи работодателем для увольнения сотрудника. Доводы истца в такой ситуации оцениваются как надуманные. Таковы у нас сегодня реалии.

    Вместе с тем я считаю, что правовая база у нас в РФ сформирована более чем достаточно для того, чтобы такие иски рассматривались куда более внимательно. Это и Конституция, и Трудовой кодекс, и напомню, что Россия ратифицировала Конвенцию о защите прав человека, и, в том числе, Европейскую социальную хартию, где четко прослеживается право работника собирать и распространять любую информацию в рамках закона.

    Но я очень рада, что инциатива поднимает сейчас эту проблему. Мне кажется, обратить внимание судов в этой части архиважно, потому что за формальными обоснованиями увольнения суды отказываются видеть фактическую составляющую увольнения работника. В практике ЕСПЧ таких решений достаточно, и эти решения должны использоваться в Российской Федерации. Пленум Верховного суда разъяснил, что суды должны применять позиции, которые уже сформированы, в том числе, и в решениях Европейского суда. Поэтому я полагаю, что менять что-то на сегодняшний момент особой необходимости нет, но поднять эту тему как значимую и, возможно, провести достаточно широкое обсуждение, как это сейчас происходит, очень актуально.

    Я считаю, что ситуация с дискриминацией вообще в Росии, к сожалению, на сегодняшний момент достаточно плачевна. Надеюсь, после дискуссий разного рода все-таки найдется какой-то компромисс, потому что как специалист в этой сфере, я понимаю, что дополнительные гарантии работникам, которые якобы сообщили о каком-то правонарушении в виде запрета их увольнения безусловно повлекут за собой злоупотребления со стороны работников. Мы прекрасно понимаем, что таким образом любой работник может гарантировать себе вечную жизнь у работодателя, просто написав заявление в какой-нибудь правоохранительный орган. И далее работодателю придется очень долго доказывать, что то, что было сообщено работником, клевета. Поэтому вопрос, конечно же, непростой и требует обсуждения, и я очень рада, что эту тему сегодня затронули.


    Дальше...
    Написал Печеник Ксения (Печеник Ксения Александровна) 20.02.2017 15:35

  • Цитата:

    Сообщение от Марк Фитцпатрик

    Честно бороться с коррупцией - опасно для собственной шкуры. Он слишком активно руководил антикоррупционным блоком в росимуществе и вылетел с работы.



    Это в крупном ведомстве. А на местах люди откликаются на призыв президента бороться с коррупцией, а после голодовку объявляют. Вот что попалось:

    https://www.nur.kz/868620-v-uralske-prepodavatelya-uvolili-za-s.html
    Написал Forrest Simon (Unaltered Beast) 16.02.2017 14:59
  • Честно бороться с коррупцией - опасно для собственной шкуры. Он слишком активно руководил антикоррупционным блоком в росимуществе и вылетел с работы. А тот, на кого он настучал занял его место -
    http://www.zakonia.ru/news/uvolen-za-borbu-s-korruptsiej
    Написал Фитцпатрик Марк (Марк Фитцпатрик) 15.02.2017 12:06
  • Если рассмотреть ситуацию в идеале, то после достоверного (а не ложного) сообщения о фактах коррупции "куда надо", коррупционер должен быть привлечен к уголовной ответственности, в том числе подвергнут дисквалификации. Понятно, что при этом уж никаким образом навредить заявителю наказанный не сможет. Во всяком случае, в течение срока отбытия наказания (включая дисквалификацию). А если говорить о госпредприятии, то уже и никогда.
    Но это - в идеале.
    Попытки протолкнуть закон, защищающий заявителя от "мести" работодателя, свидетельствует всего лишь о том, что система борьбы с коррупцией не работает. То есть, сообщение есть. Оно обосновано (иначе было бы привлечение за заведомо ложный донос), но правоохранительная система не работает, или работает, но недолжным образом. В результате коррупционер остается не только на свободе, но и при должности.
    А теперь вопрос: Зачем тратить силы на борьбу с последствиями (увольнение заявителя), если причина-то в другом?
    Написал Необязательно Игорь (Vesh-a-Too) 14.02.2017 19:11
  • Что интересно. Чтобы заявление о факте коррупции проверили, надо подписаться, анонимные просто не рассматривают. А как подпишешься - дело спустят на рассмотрение в твою же фирму, руководство все прокатит на тормозах а тебя уволят. Никому борьба с коррупцией не нужна и не выгодна, ни начальству, ни сотрудникам
    Написал Ветлов Виталий (тридвараз) 14.02.2017 18:39

другие спецпроекты