Лаогай – таинственный китайский ГУЛАГ

Нынешнее благополучие Китая строится, в том числе, и в результате отказа от некоторых неприятных реалий, которые, еще совсем недавно имели место быть. Но что представляет собой пенитенциарная система – «лаогай», весьма схожая со сталинским ГУЛАГом, до сих пор остается тайной.

Эта новость осталась практически незамеченной. 11 января этого года известный китайский диссидент Ю Джи прибыл в Вашингтон. Менее знаменитый, чем Лю Сяобо – лауреат Нобелевской премии мира за 2010г., Ю Джи долго сотрудничал с интернет-порталом «Китайское обозрение», который запустил Фонд исследования лаогай. А Фонд, в свою очередь, был образован Гарри Ву. Ву, сам бывший узник совести, посвятил свою жизнь исследованию деятельности диссидентов и борьбе против забвения многочисленных жертв китайской исправительно-трудовой системы, известной под названием «лаогай».

Что же такое лаогай. Вы не найдете это слово ни в английских, ни во французских, ни в немецких словарях. Как и русский «ГУЛАГ», «лаогай» связан с «исправлением посредством труда» или «перевоспитанием с помощью работы». Впрочем, начиная с 90-х годов прошлого века, китайские власти не употребляют больше этого слова, заменив его на другой иероглиф, который переводится как «тюрьма», что, по их мнению, является менее позорным в глазах международного общественного мнения. Да, собственно, и сама система подверглась эволюции: больше не говорят о «перевоспитании трудом», а просто о наказании, обязательным компонентом которого является труд.

Корни системы

Родившаяся вместе с Китайской революцией 1949г., эта огромная сеть исправительно-трудовых лагерей пропустила через себя более 50 млн китайцев. Несколько миллионов осужденных до сих пор находятся в этих лагерях, хотя режим в них, конечно, уже несколько смягчен. По различным оценкам, за последние 50 лет в этих лагерях умерло от 15 до 20 млн человек. Цифры по международным меркам ужасающие.

«Эти лагеря являются составной частью диктатуры. По сути, система и не может существовать без таких лагерей. Если имеется лишь одна партия, если имеется революция, то обязательно должны быть и контрреволюционеры, которых необходимо заключать в тюрьму и убивать. Без лаогай этой системе пришел бы конец», – сказал несколько лет назад в одном из интервью Гарри Ву. Он сам провел в лаогай 19 лет (1960 – 1979) только за то, что осмелился критически отозваться о вторжении СССР в Венгрию. Воспользовавшись некоторым ослаблением режима при Дэн Сяопине, Ву смог эмигрировать в США (1985) и там натурализоваться.

Часто сравниваемая с советским ГУЛАГом, система китайских лагерей «перевоспитания трудом» долго не была подвержена анализу по западным критериям. В первую очередь потому, что китайский коммунизм миновала участь «большого брата» – СССР, соответственно, независимые исследования по этой теме в Китае до сих пор невозможны. Но, не смотря на запреты, Гарри Ву удалось трижды нелегально посетить Китай именно с целью проведения исследований в этой запретной области. В последнее свое посещение он был арестован и провел в тюрьме 60 дней. Только благодаря усилиям администрации президента Клинтона, он был освобожден и выслан в США.

Результаты своих исследований он опубликовал в нескольких книгах (1). «Умирая зимой от холода, – вспоминает он, – я научился восхищаться умом крысы, которая тщательно прятала свою еду в местах, недоступных влаге. Во время долгих часов работы мы старались проследить, где находится ее нора, чтобы попытаться найти там пищу…». Жуткие условия, в которых приходилось жить в исправительно-трудовых лагерях, ничем не отличаются от тех, что были в сталинском ГУЛАГе или в концлагерях. Но Китай пошел еще дальше, связав «систему перевоспитания» (промывание мозгов, идеологическая обработка, дегуманизация) с сельскохозяйственным, коммерческим и индустриальным развитием страны.

Различные перемены

Как и в СССР, политические заключенные (в 50-х г. прошлого века они составляли 80% от их общего числа) и осужденные за общеуголовные преступления в исправительно-трудовых лагерях содержались вместе. Лагеря часто были прикреплены к какому-либо большому предприятию: шахте, заводу или сельскохозяйственной ферме. Бывало, что в зависимости от потребности, заключенных этапировали через весь Китай.

Для узников совести «перевоспитание» могло назначаться до 10 лет. Но зачастую оно вообще было пожизненным: просто после отбытия срока наказания они переводились в исправительно-трудовой лагерь с менее жестким режимом. Так было и в случае с Гарри Ву, который познакомился со своей будущей женой и заключил с нею брак в лаогай. И только после смерти Мао (1976), в результате первых либеральных преобразований, Гарри Ву обрел свободу (1979).

Получив американское гражданство, он поставил себе целью информировать общественное мнение о том, что происходило и происходит на его родине. В годы президентства Билла Клинтона сведения о положении заключенных в лаогай поставили под сомнение вопрос о предоставлении китайским товарам режима наибольшего благоприятствования. Проведя соответствующие исследования, Гарри Ву смог показать, как продукты питания и промышленные изделия, изготовленные с помощью рабского труда китайских заключенных, поступают в США. И все это происходило в нарушение международных соглашений, запрещающих такую торговлю. Крупные транснациональные компании также были вынуждены сделать прозрачными схемы поступления товаров из Китая. Но все напрасно: по мнению различных неправительственных организаций по защите прав человека, такая торговля как была, так и осталась.

По официальным данным, продукция, произведенная в «архипелаге лаогай», представляет собой лишь крошечную часть китайского национального продукта. Несмотря на это, Гарри Ву продолжает обличать слепоту Запада, представители которого, посещая китайские заводы, предпочитают не замечать рабские условия, в которых трудятся заключенные-рабочие.

«Чуть менее жестоко»

Сегодня, в свои 75 лет, бывший заключенный продолжает – практически в одиночку – разоблачать систему, которой исполнилось более 60 лет. Гарри Ву удалось воплотить в жизнь мечту всей своей жизни: в 2008г. он открыл в Вашингтоне единственный в мире музей, посвященный лаогай. «В Китае, – написал он в своей книге «Возвращение в лаогай» в 1997г., – самым большим преступлением давно стало политическое преступление. Если властям не понравится то, что вы сказали, написали или сделали, они уничтожат всю вашу семью. Сегодня все чуть менее жестоко, но власти находят другие способы, чтобы наказать вас, если вы критикуете компартию. Общество состоит из отдельных человеческих личностей, но если отдельная человеческая личность не представляет никакой ценности, то нет и никакого общества».

(1) «Китайский ГУЛАГ», 1996; «Горькие ветра», 1996; «Возвращение в лаогай», 1997; «Черная книга коммунизма» (в соавторстве), 1997.

Источник: La Libert?

Автор: Паскаль Бэрисвил

Перевел Владислав КРИВОШЕЕВ

На фото: Гарри Ву; китайские заключенные на руднике в провинции Хэйлунцзян