Теперь и физлица: за чей счет банкротство? - 05.04.2018

Теперь и физлица: за чей счет банкротство? - 05.04.2018

Незнание грядущего банкротства банка не освобождает вкладчика от ответственности. Вооружившись этой вольной трактовкой известного выражения, Агентство по страхованию вкладов стало массово в судебном порядке требовать, чтобы клиенты вернули вклады, которые забрали за месяц до того, как у их банка отобрали лицензию. Теперь на банкротство банка скидываются не только компании-вкладчики, но и физические лица. 

Процедура до боли проста: берется картотека неисполненных платежей – она бывает в большинстве банков перед отзывом лицензии – и подаются иски об оспаривании предбанкротных сделок. Причем, неважно, физическое это лицо или юридическое, добросовестное или нет, давно ли сняло свои средства и по каким основаниям. Были случаи, когда насильно возвращали деньги, снятые год и более назад. 

Что характерно, раньше подобная практика была редка. АСВ бросалось в бой, только если в процедуре значились большая сумма или безналичный перевод. Специалисты говорят, что если деньги в кассе есть, наличие картотеки не является препятствием для выдачи наличных. Нет такого ограничения в законодательстве. Тем более, если исключить теорию сговора банка с вкладчиком, последний может не знать о грядущем банкротстве. Хотя, там где речь идет о деньгах, исключать нельзя ничего. Понятно, что «приближенные» клиенты, как только начинает пахнуть жареным, спешно выводят крупные суммы. Это уже нарушение закона, так как уменьшается конкурсная масса, и нарушаются права других вкладчиков. АСВ объясняет свое поведение тем, что пытается сохранить эту самую массу, чтобы выплатить каждому клиенту до 1,4 миллиона рублей в зависимости от размера вклада. 

Но почему такая массовость? Как сообщается, после отзыва лицензии у «Военно-промышленного банка» АСВ подало более 150 исков, 400 исков к клиентам Татфондбанка и примеры можно еще перечислять, их тысячи. Они все в сговоре? Не лишне напомнить, что с этими людьми обходятся достаточно жестко. Если человек уже потратил деньги (что за целый год не исключено), судебные приставы взыскивают деньги с зарплатной карты или изымают и продают имущество. Зато собственники и менеджмент банков могут спать спокойно. За 11 лет, что АСВ судится с ними, агентство получило решения о взыскании 101,6 млрд руб. Но реально удалось получить лишь 180 млн руб., или 0,18%.

Суды на удивление единодушно прониклись идеей законного отбора средств клиентов. По рассказам участников процессов, суды по таким искам не так, чтоб справедливые, но очень скорые. Иногда хватает 10-15 минут, чтобы принять решение и выглядит это, порой, очень унизительно. Не удивительно, что действие породило противодействие. Первыми массово возмутились клиенты, и стали собирать подписи под письмом к президенту, к чему подключился и Союз вкладчиков России. 

По словам главы Ассоциации российских банков Гарегина Тосуняна, подобные действия подрывают доверие людей к банковской системе в целом, «поскольку добросовестные граждане, опасаясь подобных споров, побоятся хранить средства во вкладах, и потому ассоциация обратилась в Верховный суд с просьбой выработать позицию по данному вопросу». На днях ВС отменил решения судов о принудительном возврате средств заявителя Рашита Сайфутдинова. Прецедент создан, и правоприменители ждут от ВС четких критериев и ориентиров по данному вопросу для формирования судебной практики. 

Обратили внимание на проблему и в Госдуме. Председатель комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов направил соответственное обращение к председателю ЦБ Эльвире Набиуллиной.

Пока точка в этом вопросе не поставлена. Специалисты спорят о социальных, правовых и экономических последствиях крестового похода АСВ на вкладчиков. Главный вопрос: должны ли те, кто доверился банку нести ответственность за грехи его владельцев и менеджмента?

 

Мнения экспертов

Марат Сафиулин
управляющий Федеральным фондом по защите прав вкладчиков и акционеров

Появился элемент недоверия к системе страхования вкладов

 

Наш Фонд помогает людям, пострадавшим от недобросовестных финансистов. В частности, мы выплачиваем компенсацию жертвам финансовых пирамид. Это одно из направлений нашей деятельности. То, что происходит у нас сейчас с финансовым рынком, можно по-разному охарактеризовать.  Кто-то метко назвал это «банкопад». Происходят массовые отзывы лицензий, и как следствие этого процесса, мы видим не совсем понятную политику Агентства по страхованию вкладов.

Почему это происходит? На самом деле, проблема не такая простая, как нам кажется. В ее основе, конечно, борьба за справедливость, потому что, в общем-то, понятия  «добросовестный вкладчик» в законодательстве не существует. Оно должно быть ясно и четко прописано, если мы не хотим в будущем подобных прецедентов.

В чем можно найти золотую середину сейчас? Мы имеем прецедент судебного решения, который говорит о том, что: «Внимание! Объявлен реванш, который свидетельствует о более тщательном подходе судов при принятии решений вопросов финансового бытия вкладчиков по проблемным банкам», ведь понятно, что люди совершенно в этом не виноваты. Банк разорился, тем самым поглотил какой-то финансовый актив вкладчика, а потом вкладчик получает второй раз, когда агентство по страхованию вкладов требует у него возврата сумм, относя их к сомнительным операциям.

В чем сложность проблемы для АСВ? Им надо определить, был ли сговор «банк-вкладчик» или не был. И порой, Агентство по страхованию вкладов поступает, наверное, правильно со своей точки зрения. То есть оно пытается защитить других вкладчиков от недобросовестных кредиторов. А вот разобраться в том, кто добросовестный, а кто не добросовестный – сложно. Поэтому, отделить семена от плевел надо, но это не всегда простая задача.

АСВ пытается в рамках федерального закона разобраться, и защитить всех добросовестных кредиторов. Другое дело, каким образом. Мы видели, что до определенного  момента АСВ не оспаривало  сомнительные операции  физических лиц. А в определенный момент этот процесс стал нарастать, как снежный ком. Случаи исчисляются не в десятках, а в сотнях. В итоге: кейсов очень много, людей очень много, и достичь справедливости в таких условиях достаточно сложно.

Нужны какие-то четкие критерии. Может быть, было бы правильно получить какое-то разъяснение Верховного суда  –  как они себе видят решение этой проблемы, чтобы суды не штамповали решения в пользу АСВ, а принимали обоснованные решения в отношении каждого вкладчика. С другой стороны, мы видим, что законодатель может помочь АСВ, прописав, кто такой добросовестный вкладчик.
Мы со своей стороны им помогаем всеми средствами, идем на все жертвы, которые возможны в рамках законодательства, чтобы  сохранить и защитить интересы добросовестных вкладчиков. А есть недобросовестные, которых мы должны отогнать от общей конкурсной массы таким образом, чтобы он не нарушал интересы других кредиторов.

Честно говоря, когда все кредиторы собираются в одной лодке, между ними складываются специфические взаимоотношения. Ведь всем понятно, что чем меньше кредиторов, тем больше ты получишь возмещение. И тут начинается борьба за жизнь. Как правило, она ведетсяв рамках судов, поэтому они идут так долго.

Решение Верховного Суда по заявлению Рашита Сайфутдинова дает возможность пересмотра иных решений, которые были приняты не совсем правильно. Мы понимаем, что их основа не всегда была достоверно исследована.  Кроме того, есть надежда, что страх, который сейчас возникает на банковском рынке, мы сможем победить. Мы видим тенденцию падения ставок вкладов, острую проблему истребования сумм вкладов по сомнительным операциям. Мы видим блокирование средств клиентов на счетах. Понятно, что любой человек, который желает разумно распределить свои денежные средства так, чтобы их не потерять, чувствует опасность исходящую от банковского сегмента финансового рынка. Он чувствует определенный элемент недоверия к системе страхования вкладов, потому что он понимает, что, а кто знает, может быть, через год скажут: «Ты, деньги верни, пожалуйста, и лучше побыстрее, а то мы тебя как-то иначе попросим».

 

Николай Власенко
член Совета федерации федерального собрания РФ
член Комитета Совета федерации по экономической политике

Гражданин имеет право забрать деньги из банка и не пострадать

Финансовая система – это функция государства, ее создание – одна из важнейших экономических задач. И у государства есть все инструменты для этого. В частности, есть регуляторы, которые контролируют соблюдение нормативов и другой инструментарий. Поэтому, я считаю, что если гражданин вдруг замечает, что с финансовой системой что-то не то, то его право как можно быстрее забрать оттуда деньги и не пострадать. Это то же самое, что, вы идете по улице и видите, что грабитель собрался у вас отнимать деньги. И вы что, должны безропотно отдать кошелек, надеясь на то, что правоохранительные органы его задержат и вернут вам деньги? Мне кажется, какой-то есть разрыв логики в действиях АСВ.

 

Ярослав Нилов
заместитель руководителя фракции ЛДПР в ГД РФ, председатель Комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов

Те, кто отвечает за финансовую политику, должны анализировать все социальные и экономические последствия

На этой неделе Государственная дума приняла протокольное поручение, для того чтобы разобраться с происходящим в банковской сфере, а именно многочисленными исками Агентства страхования вкладов к забравшим свои деньги вкладчикам. Кроме этого фракцией ЛДПР в Госдуму раннее внесен на рассмотрение проект закона, который увеличивает застрахованную сумму для вкладчиков. Раннее, учитывая ту социальную напряженность, которую мы наблюдали, было направлено обращение в адрес Эльвиры Набиуллиной с тем, чтобы разобраться, почему АСВ занимает такую позицию.

Действительно, действующий закон о банкротстве позволяет АСВ обращаться в суд с тем, чтобы все те сделки, которые были совершены за месяц до того, как был банк лишен лицензии, были аннулированы. Но при этом мы напоминаем, что у нас существует презумпция невиновности, и нельзя всех граждан подозревать в том, что они имели инсайдерскую информацию или они как-то злоупотребляли своими правами. Гражданин мог совершать запланированные покупки, мог захотеть обналичить средства – все это им было запланировано. Да даже, если он и предполагал, анализируя то, что происходит на рынке, и понимая, что возможно у банка возникнут проблемы, то, почему он в данном случае должен нести ответственность? Мы должны наоборот говорить о том, чтобы к банковской системе повышалось доверие – и много лет государство это делало. А то, что в настоящий момент происходит: взыскивание через суды активно деньги вкладчиков, то это, конечно, ведет к подрыву доверия, и у многих теперь желание хранить деньги в банках может вообще отпасть.

Как пояснил в ответе на наш запрос Центральный банк, тенденция по судебным разбирательствам в отношении физических лиц практически сохранилась. Увеличилось количество исков в адрес юридических лиц. Но, я думаю, что это не совсем так. Конечно, нельзя исключать, что в каких-то отдельных случаях юридические лица могли обладать инсайдерской информацией, реально ей злоупотреблять, но при этом, почему все поголовно должны страдать? И почему в данном случае АСВ так безбожно себя ведет, особенно в отношении физических лиц? Нам непонятно. Мы видим, как зачищается банковский сектор по всей стране, но одновременно мы понимаем, что если граждане не будут хранить деньги в банке, то эти деньги будут лежать мертвым грузом, а не работать на экономику.

Те, кто отвечает за финансовую экономическую политику в государстве, должны взвешенно подходить к любому вопросу и, принимая любое решение, анализировать все социальные и экономические последствия этого решения. Поэтому в данном случае мы в ЛДПР считаем, что необходимо пересматривать застрахованную сумму для физических лиц. Необходимо и для юридических лиц рассматривать гарантированную застрахованную сумму, или, хотя бы для некоммерческих организаций. Посмотрите, сколько случаев, когда некоммерческие благотворительные организации свои деньги держат на счетах, собирают на какие-то благотворительные программы, и вдруг банк лишается лицензии, деньги заморожены, соответственно, организации не в состоянии что-либо делать. То есть это полностью нарушает логику  и здравый смысл. Давайте мы хотя бы, в качестве первого шага, для некоммерческого сектора такие вещи урегулируем законодательно. 

 

 

Павел Медведев
Финансовый омбудсмен РФ

Пока закон не будет написан справедливо, найти справедливость невозможно

Представим себе на минуточку банк, у которого недостаточно средств, чтобы рассчитаться со всеми своими долгами. Он по каждому своему долгу может заплатить только половину, больше у него денег нет. Но он еще не обанкротился этот банк, то есть еще юридически существует. Я, допустим, являюсь кредитором этого банка, у меня в нем 10 миллионов рублей лежит. Если банк начнет рассчитываться со всеми, он мне может дать только пять миллионов, так как на большее нет денег. А я прихожу, пока еще не отозвали лицензию этого банка, и говорю: «У меня 10 миллионов у вас, отдайте мне мои 10 миллионов». И банк мне отдает. После этого всем остальным кредиторам он уже даже половину не сможет выплатить, потому что он мне очень много денег отдал – вот в чем проблема. 
 
Проблема, которую я описал, существует, и она представляет собой палку о двух концах: либо вы мне выплачиваете все, потому что я вовремя пришел, может быть, случайно, а остальным платите еще меньше. Либо (банк-то все понимает про себя) мне говорит: «Извините, у нас нет денег, мы не можем вам ваши 10 миллионов полностью отдать». 
 
Беда состоит в том, что закон написан безобразно плохо. В чем его порок? Де-факто он наказывает человека, хотя человек в этой истории пассивная сторона – он приходит в банк без револьвера, не наставляет его в окошечко, и не говорит: «Отдайте мне мои 10 миллионов!» Значит, активная сторона сидит за окошечком, активная сторона должна была бы быть наказана за то, что кому-то выплатили больше, чем банк может выплатить. Но этот кто-то не наказывается, более того, даже фамилию не спрашивают того, кто был активной стороной в этой операции – вот где безобразие.  
 
Мое мнение такое, что пока закон не будет писан справедливо, справедливости здесь искать невозможно. 
 

 

 

05.04.2018

 в избранное

Добавление комментария

(Добавить через форум)

Комментарии

  • Вывод другой напрашивается. Не надо хранить деньги в банках.

    Лучше в 3-х литровой и у себя по кроватью.
    Написал Базарова- юрист Светлана Николаевна (bazarova) 13.04.2018 12:13

  • http://www.youtube.com/watch?v=WdUlmRFwaoc
     
     


    Любой проект проходит шесть стадий: энтузиазм, крушение иллюзий, паника, поиск виновных, наказание невиновных, и награждение непричастных. «Банкопад», который происходит сейчас в стране – завершающая стадия неконтролируемого процесса появления на финансовом поле России коммерческих банков разного калибра. Красивые вывески, элегантный персонал, а, главное, обещанные высокие проценты годовых привлекли к ним вкладчиков. Люди понесли туда свои денежки. Крушение иллюзий началось, когда «мыльные пузыри» финансовой стабильности коммерческих кредитных организаций начали лопаться один за другим. Центробанк, активно занявшись поиском виновных в сомнительных операциях, только за последние четыре года отозвал лицензии у 359 банков.

    А вот неблагодарную миссию наказания невиновных добровольно и с энтузиазмом, кажется, решало «взвалить не себя» Агентство по страхованию вкладов. Против людей, которые посмели забрать из банков свои кровные за месяц до отзыва лицензии, поданы несколько сотен исков.

    Такой вот массовый правовой нонсенс, расцветший на благодатной почве правового дисбаланса. С одной стороны есть Закон «О банках и банковской деятельности». Он гарантирует возврат вклада по первому требованию. И тут же вступает в противоречие с другим законом, который разрешает оспаривать операции после отзыва у кредитной организации лицензии – «О несостоятельности (банкротстве)».

    «Закон написан безобразно плохо», - высказался о нем в эфире радиоверсии «ЗАКОНИИ» финансовый омбудсмен РФ Павел Мeдведев. Его главный порок в том, по мнению Медведев, что он де-факто наказывает человека, который доверил деньги банку. Не того, кто, сидя в красивом кабинете «не справился с управлением» или мухлевал с чужими деньгами, не того, в окошечке, кто принял решение выдать средства. А Васю или Петю, которые своими руками отдали накопленное годами на хранение не пойми кому. А когда решили взять назад СВОИ деньги, их ударили по рукам. Их же проще всего наказать: собственников, сбежавших за границу достать – замучаешься бегать. А Вася и Петя – вот они, под горячей рукой АСВ.

    Наши эксперты – Марат Сафиулин, управляющий Федеральным фондом по защите прав вкладчиков и акционеров и Председатель Комитета ГД по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов в один голос говорят о том, что законодательство по этой сфере нуждается в серьезной доработке. Например, предлагается четко определить, кто же такой этот добросовестный вкладчик, повысить размер суммы гарантированных выплат в случае банкротства для физических лиц, установить ее для юридических лиц. Более 96% подписчиков, проголосовавших на сайте, также высказались за пересмотр закона, в частности за запрет оспаривать операции по снятию ранее внесённых в банк собственных средств физическими лицами. Есть надежда, что закон о банкротстве общими усилиями станет благороднее и человечнее.

    Понятно, чего добивается АСВ – им надо соблюсти баланс и обеспечить вкладчиков прогоревших банков в равных долях. По справедливости, как говорят в Агентстве. Хороша справедливость – перекладывать вину и ответственность с больной головы на здоровую. Пусть даже и под сурдинку несовершенства законодательства.

    Мне вот еще что хотелось бы для себя узнать – Агентство хоть понимает, что своими действиями слона в посудной лавке отбивает у людей желание идти в банк? Людям-то ничего: деньги по привычке в кубышку упакуют. А вот финансовая сфера… Она же лишится своей кровеносной системы – оборота денег. Будут лежать они по закромам мертвым грузом, и кому от этого будет хорошо?

    До поры прекрасной, когда закон о банкротстве будет грамотно доработан, еще надо дожить. Пока же мы оторопело наблюдаем разгар пятой стадии процесса и находимся в ожидании шестого вопроса: награждения непричастных. Не исключено, что им станет Агентство по страхованию вкладов. Банкет привычно оплатят невиновные.  

     

    Дальше...
    Написал Маркарьян Рубен (Рубен Маркарьян) 10.04.2018 13:15
  • БольшаяМедведиЦЦа, о покойниках или ничего, или хорошо Big Grin
    Написал Сайкин Кирилл Андреевич (Сайкин Кирилл Андреевич) 09.04.2018 13:52
  • ...и за что тогда, спрашивается, Мавроди посадили? ...МММ, по сравнению с банками, игра в песочнице
    Написал БольшаяМедведиЦЦа 08.04.2018 02:55
  • Представим себе на минуточку банк, у которого недостаточно средств, чтобы рассчитаться со всеми своими долгами. Он по каждому своему долгу может заплатить только половину, больше у него денег нет. Но он еще не обанкротился этот банк, то есть еще юридически существует. Я, допустим, являюсь кредитором этого банка, у меня в нем 10 миллионов рублей лежит. Если банк начнет рассчитываться со всеми, он мне может дать только пять миллионов, так как на большее нет денег. А я прихожу, пока еще не отозвали лицензию этого банка, и говорю: «У меня 10 миллионов у вас, отдайте мне мои 10 миллионов». И банк мне отдает. После этого всем остальным кредиторам он уже даже половину не сможет выплатить, потому что он мне очень много денег отдал – вот в чем проблема. 
     
    Проблема, которую я описал, существует, и она представляет собой палку о двух концах: либо вы мне выплачиваете все, потому что я вовремя пришел, может быть, случайно, а остальным платите еще меньше. Либо (банк-то все понимает про себя) мне говорит: «Извините, у нас нет денег, мы не можем вам ваши 10 миллионов полностью отдать». 
     
    Беда состоит в том, что закон написан безобразно плохо. В чем его порок? Де-факто он наказывает человека, хотя человек в этой истории пассивная сторона – он приходит в банк без револьвера, не наставляет его в окошечко, и не говорит: «Отдайте мне мои 10 миллионов!» Значит, активная сторона сидит за окошечком, активная сторона должна была бы быть наказана за то, что кому-то выплатили больше, чем банк может выплатить. Но этот кто-то не наказывается, более того, даже фамилию не спрашивают того, кто был активной стороной в этой операции – вот где безобразие.  
     
    Мое мнение такое, что пока закон не будет писан справедливо, справедливости здесь искать невозможно. 

    Дальше...
    Написал Медведев Павел (Павел Медведев) 06.04.2018 17:40
  • На этой неделе Государственная дума приняла протокольное поручение, для того чтобы разобраться с происходящим в банковской сфере, а именно многочисленными исками Агентства страхования вкладов к забравшим свои деньги вкладчикам. Кроме этого фракцией ЛДПР в Госдуму раннее внесен на рассмотрение проект закона, который увеличивает застрахованную сумму для вкладчиков. Раннее, учитывая ту социальную напряженность, которую мы наблюдали, было направлено обращение в адрес Эльвиры Набиуллиной с тем, чтобы разобраться, почему АСВ занимает такую позицию.

    Действительно действующий закон о банкротстве позволяет АСВ обращаться в суд с тем, чтобы все те сделки, которые были совершены за месяц до того, как был банк лишен лицензии, были аннулированы. Но при этом мы напоминаем, что у нас существует презумпция невиновности, и нельзя всех граждан подозревать в том, что они имели инсайдерскую информацию или они как-то злоупотребляли своими правами. Гражданин мог совершать запланированные покупки, мог захотеть обналичить средства – все это им было запланировано. Да даже, если он и предполагал, анализируя то, что происходит на рынке, и понимая, что возможно у банка возникнут проблемы, то, почему он в данном случае должен нести ответственность? Мы должны наоборот говорить о том, чтобы к банковской системе повышалось доверие – и много лет государство это делало. А то, что в настоящий момент происходит: взыскивание через суды активно деньги вкладчиков, то это, конечно, ведет к подрыву доверия, и у многих теперь желание хранить деньги в банках может вообще отпасть.

    Как пояснил в ответе на наш запрос Центральный банк, тенденция по судебным разбирательствам в отношении физических лиц практически сохранилась. Увеличилось количество исков в адрес юридических лиц. Но, я думаю, что это не совсем так. Конечно, нельзя исключать, что в каких-то отдельных случаях юридические лица могли обладать инсайдерской информацией, реально ей злоупотреблять, но при этом, почему все поголовно должны страдать? И почему в данном случае АСВ так безбожно себя ведет, особенно в отношении физических лиц? Нам непонятно. Мы видим, как зачищается банковский сектор по всей стране, но одновременно мы понимаем, что если граждане не будут хранить деньги в банке, то эти деньги будут лежать мертвым грузом, а не работать на экономику.

    Те, кто отвечает за финансовую экономическую политику в государстве, должны взвешенно подходить к любому вопросу и, принимая любое решение, анализировать все социальные и экономические последствия этого решения. Поэтому в данном случае мы в ЛДПР считаем, что необходимо пересматривать застрахованную сумму для физических лиц. Необходимо и для юридических лиц рассматривать гарантированную застрахованную сумму, или, хотя бы для некоммерческих организаций. Посмотрите, сколько случаев, когда некоммерческие благотворительные организации свои деньги держат на счетах, собирают на какие-то благотворительные программы, и вдруг банк лишается лицензии, деньги заморожены, соответственно, организации не в состоянии что-либо делать. То есть это полностью нарушает логику  и здравый смысл. Давайте мы хотя бы, в качестве первого шага, для некоммерческого сектора такие вещи урегулируем законодательно. 


    Дальше...
    Написал Нилов Ярослав (Ярослав Нилов) 06.04.2018 17:18
  • Финансовая система – это функция государства, ее создание – одна из важнейших экономических задач. И у государства есть все инструменты для этого. В частности, есть регуляторы, которые контролируют соблюдение нормативов и другой инструментарий. Поэтому, я считаю, что если гражданин вдруг замечает, что с финансовой системой что-то не то, то его право как можно быстрее забрать оттуда деньги и не пострадать. Это то же самое, что, вы идете по улице и видите, что грабитель собрался у вас отнимать деньги. И вы что, должны безропотно отдать кошелек, надеясь на то, что правоохранительные органы его задержат и вернут вам деньги? Мне кажется, какой-то есть разрыв логики в действиях АСВ.


    Дальше...
    Написал Власенко Николай (Николай Власенко) 06.04.2018 16:54
  • Наш Фонд помогает людям, пострадавшим от недобросовестных финансистов. В частности, мы выплачиваем компенсацию жертвам финансовых пирамид. Это одно из направлений нашей деятельности. То, что происходит у нас сейчас с финансовым рынком, можно по-разному охарактеризовать.  Кто-то метко назвал это «банкопад». Происходят массовые отзывы лицензий, и как следствие этого процесса, мы видим не совсем понятную политику Агентства по страхованию вкладов.

    Почему это происходит? На самом деле, проблема не такая простая, как нам кажется. В ее основе, конечно, борьба за справедливость, потому что, в общем-то, понятия  «добросовестный вкладчик» в законодательстве не существует. Оно должно быть ясно и четко прописано, если мы не хотим в будущем подобных прецедентов.

    В чем можно найти золотую середину сейчас? Мы имеем прецедент судебного решения, который говорит о том, что: «Внимание! Объявлен реванш, который свидетельствует о более тщательном подходе судов при принятии решений вопросов финансового бытия вкладчиков по проблемным банкам», ведь понятно, что люди совершенно в этом не виноваты. Банк разорился, тем самым поглотил какой-то финансовый актив вкладчика, а потом вкладчик получает второй раз, когда агентство по страхованию вкладов требует у него возврата сумм, относя их к сомнительным операциям.

    В чем сложность проблемы для АСВ? Им надо определить, был ли сговор «банк-вкладчик» или не был. И порой, Агентство по страхованию вкладов поступает, наверное, правильно со своей точки зрения. То есть оно пытается защитить других вкладчиков от недобросовестных кредиторов. А вот разобраться в том, кто добросовестный, а кто не добросовестный – сложно. Поэтому, отделить семена от плевел надо, но это не всегда простая задача.

    АСВ пытается в рамках федерального закона разобраться, и защитить всех добросовестных кредиторов. Другое дело, каким образом. Мы видели, что до определенного  момента АСВ не оспаривало  сомнительные операции  физических лиц. А в определенный момент этот процесс стал нарастать, как снежный ком. Случаи исчисляются не в десятках, а в сотнях. В итоге: кейсов очень много, людей очень много, и достичь справедливости в таких условиях достаточно сложно.

    Нужны какие-то четкие критерии. Может быть, было бы правильно получить какое-то разъяснение Верховного суда  –  как они себе видят решение этой проблемы, чтобы суды не штамповали решения в пользу АСВ, а принимали обоснованные решения в отношении каждого вкладчика. С другой стороны, мы видим, что законодатель может помочь АСВ, прописав, кто такой добросовестный вкладчик. 
    Мы со своей стороны им помогаем всеми средствами, идем на все жертвы, которые возможны в рамках законодательства, чтобы  сохранить и защитить интересы добросовестных вкладчиков. А есть недобросовестные, которых мы должны отогнать от общей конкурсной массы таким образом, чтобы он не нарушал интересы других кредиторов.

    Честно говоря, когда все кредиторы собираются в одной лодке, между ними складываются специфические взаимоотношения. Ведь всем понятно, что чем меньше кредиторов, тем больше ты получишь возмещение. И тут начинается борьба за жизнь. Как правило, она ведетсяв рамках судов, поэтому они идут так долго.

    Решение Верховного Суда по заявлению Рашита Сайфутдинова дает возможность пересмотра иных решений, которые были приняты не совсем правильно. Мы понимаем, что их основа не всегда была достоверно исследована.  Кроме того, есть надежда, что страх, который сейчас возникает на банковском рынке, мы сможем победить. Мы видим тенденцию падения ставок вкладов, острую проблему истребования сумм вкладов по сомнительным операциям. Мы видим блокирование средств клиентов на счетах. Понятно, что любой человек, который желает разумно распределить свои денежные средства так, чтобы их не потерять, чувствует опасность исходящую от банковского сегмента финансового рынка. Он чувствует определенный элемент недоверия к системе страхования вкладов, потому что он понимает, что, а кто знает, может быть, через год скажут: «Ты, деньги верни, пожалуйста, и лучше побыстрее, а то мы тебя как-то иначе попросим».


    Дальше...
    Написал Сафиулин Марат (Марат Сафиулин) 06.04.2018 16:46
  • В каждой конкретной ситуации нужно разбираться отдельно.
    Написал Берёза Максим (84sunny84) 03.04.2018 18:32
ТЕМА НЕДЕЛИ Врачебная ошибка: заблуждение или преступление?
Страна уже было ушла в летнюю политическую дрёму, как Следственный комитет опять предложил сажать врачей за «врачебную ошибку», введя в УК понятия «ненадлежащее оказание медицинской помощи» и др. Поддержала СК в этом «Национальная медицинская палата»...

Популярное
Новое